[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 26
  • 1
  • 2
  • 3
  • 25
  • 26
  • »
Модератор форума: Rogue, John_Jones_Wolf-Claude, immortal13  
Форум » Творчество » Фанфикшн » "Фотоальбом". Петреллицест, NC-17, романс/драма (Под жарким солнцем Италии жизнь меняется... к лучшему?)
"Фотоальбом". Петреллицест, NC-17, романс/драма
maxfalkДата: Воскресенье, 11.01.2009, 15:10 | Сообщение # 1
Знает о неизвестном
Группа: Пользователи
Награды: нет
Сообщений: 82
Замечания: 0%
Статус: Offline
Название: Фотоальбом
Авторы: Макс Фальк, Янош Фальк
Рейтинг: NC-17
Жанр: романс, драма
Пэйринг: Петреллицест (Нейтан/Питер)
Спойлеры: будут упомянуты события только первого сезона
Статус: не закончен
Саммари: Слэш. История развития отношений братьев Петрелли. Действие начинается летом 1994 года, когда Питеру 15, а Нейтану - 27.

От Генуи до крохотного городка на побережье, где проводили лето 1994 года братья Петрелли, было почти рукой подать - меньше часа на хорошей машине. Единственным стоящим развлечением в Лагуэлье было море. Конечно, если не считать семейных обедов и ужинов, за которыми собирались все Антонелли. Мирелла Антонелли приходилась братьям родной теткой по отцу и обожала племянников так же сильно, как обожала бы собственных сыновей, которых у нее не было: все пятеро младших Антонелли родились девочками.
Мануэла, Новелла, Орнелла, Теодора и Клеменция вовсю кокетничали с двоюродными братьями. Самой старшей из них едва исполнилось двадцать, младшей было пять, однако в стрельбе глазами в сторону американских родичей они не уступали друг дружке.
Петрелли поселились в пыльной и солнечной комнате под самой крышей. Широкий балкон с потрескавшейся белой краской выходил на море, а в дождь здесь было уютнее, чем в солнечный день. Две кровати по обе стороны от дверей на балкон, колченогая тумба с маленьким телевизором, пара стульев – вот, собственно, и вся обстановка комнаты. В доме вообще было довольно много старых вещей, но это было признаком почтения к прошлому, а не стесненности в средствах. Как можно было выкинуть то самое кресло, в котором так любила сидеть бабушка Нана, или тот самый кособокий шкаф, собранный дедушкой Паоло, не говоря уже о самых первых салфетках и вышивках, вышедших из-под рук младших Антонелли?
Тетя Мирелла держала в городе цветочный магазин, ее муж был владельцем гольф-клуба неподалеку. Их бизнес нельзя было назвать цветущим, но содержать себя, детей и частично – соседей, они могли без труда.
Нейтан всего несколько недель назад вернулся из Руанды и был счастлив окунуться в простую, мирную жизнь, отвлекаясь от слишком ярких и болезненных впечатлений гражданской войны, которая больше походила на резню. Ему каждый день виделись в кошмарах залитые дождем улицы, по которым плыли трупы в разноцветных рубашках. И деревни, в которых не осталось в живых ни одного человека.
Пятнадцатилетний Питер последний раз гостил здесь в младенческом возрасте трех или четырех лет. У него остались весьма смутные воспоминания об Италии, и сейчас он заново знакомился со страной.

Солнце едва-едва поднялось над горизонтом. Питер лежал на животе, запутавшись ногами в белоснежных простынях, еле прикрывавших худощавое мальчишеское тело, и смотрел на верхушки кипарисов, отделявших дом от виа Рома, за которой лежало Средиземное море. Не смотря на ранний час, утреннее солнце, заливавшее комнату, предвещало жару, по силе сравнимую с калифорнийской. Он проснулся около получаса назад от того, что его старший брат что-то тревожно бормотал во сне. Так и не заснув обратно, Питер думал, что его мечты здесь, на отдыхе, валяться в постели до полудня, так и не могли сбыться. То ли морской воздух был тому виной, то ли что-то еще, но он каждый день просыпался с первыми лучами солнца.
Положив голову на локти, Питер украдкой наблюдал за спящим Нейтаном. Тот был мало похож на того парня, которым Питер его запомнил. Лицо стало жестче, плечи – шире. В отличие от худощавого Питера, Нейтан выглядел куда более внушительно даже несмотря на небольшой рост. Взгляд юноши скользил от плеч по напряженной шее к выдающимся скулам, тяжелой челюсти, прямому носу и густым бровям. Это лицо было знакомо ему с первых дней жизни, но сейчас казалось принадлежащим какому-то другому, чужому человеку.
Уже неделю они были здесь вместе, а Питер все равно с трудом подбирал каждое слово, обращенное к брату. Ему было скучно бодрствовать одному, но он не решался разбудить его, как мог бы сделать в детстве, и поэтому не отрываясь глядел на него, надеясь, что с минуты на минуту тот проснется сам.
Нейтан, глубоко вздохнув, провел руками по лицу и перевернулся на спину. Открыв глаза, он уставился на деревянную балку, пересекавшую потолок, и с облегчением понял, что тяжелый сон, заполненный криками, беготней и выстрелами, закончился.
Повернув голову, он успел перехватить взгляд младшего брата.
- Доброе утро.
С силой протерев глаза, поморгал и вытянулся на постели, привыкая к мысли, что кошмар был всего лишь плохим сном. В полусонном мозгу вспыхивали мысли о том, что надо бы позвонить Кевину или Барту и спросить, снится ли им то же самое, а потом приходило осознание того, что ни Кевину, ни Барту больше не получится позвонить: их тела в начале июня были доставлены в Штаты и с почестями похоронены. Нейтан откинул простыню, под которой спал, и сел на краю постели, уткнувшись локтями в колени.
Питер, обрадовавшись, что брат наконец проснулся и больше не придется лежать в тишине, вскочил, пошатываясь со сна, и подошел к окну. Сквозь полупрозрачные льняные занавески струилось южное солнце. Питер подставил ему лицо, сладко потянувшись, и оглянулся на старшего брата, который выглядел не слишком веселым.
- Сегодня будет жарко. Айда купаться после завтрака?
- Давай, - машинально отозвался Нейтан, даже не задумавшись о том, что ему предлагают. Точно так же он мог бы согласиться сделать татуировку на заднице или что-то еще более экстравагантное. - А можем в кино сходить. Здесь еще идет "Ворон".
- "Ворон"? - Питер удивленно приподнял брови. С теми немногими, кого он мог назвать школьными друзьями, он еще в мае успел приобщиться к новому шедевру молодежного кинематографа. - Я его уже раз пять смотрел. – Тут он осекся, подумав, что Нейтану во время службы вряд ли часто приходилось пропадать в кино. - Но если хочешь, давай сходим.
Отойдя от окна, он одернул резинку синих боксеров, в которых спал - они были ему великоваты и смешно висели на бедрах, еле прикрывая выпирающие тазовые кости - и сел рядом с братом на кровать, пытаясь ненавязчиво заглянуть тому в лицо.
- Ты выглядишь мрачным... Все в порядке?
Покосившись на него, Нейтан усмехнулся. Возможно, его представления о том, что этим летом придется быть нянькой для младенца, оказались слегка... необоснованны. Питер заметно вырос. Ему было уже пятнадцать, а это много. Нейтан, впрочем, плохо помнил себя в этом возрасте, но его памяти хватало на то, чтобы не предлагать Питеру пойти поесть мороженого. Скорее следовало бы предлагать пива, хоть это и незаконно.
- Забей. Пойдем искупаемся.
- Мальчики, поднимайтесь! О, вы уже проснулись, - синьора Антонелли предварила свое появление шумным восхождением по узкой лесенке. Младшая сестра отца в южном климате довольно быстро, по американским стандартам, растеряла свою привлекательность, но ухитрилась сохранить фигуру и живость характера. - Завтрак на столе, ждем только вас, засони!
Это было ритуальным приветствием. Братья редко спускались к столу последними, однако именно их понукали в первую очередь.
Питер с усмешкой поднял глаза к потолку и тихо пробормотал:
- Искупаемся, если доживем. Каждый раз, как я сажусь здесь за стол, я молюсь, чтобы этот раз не оказался последним.
- Что, тебя так достают сестры? - заверив тетушку, что не пройдет и минуты, как они материализуются в столовой, Нейтан закрыл за ней дверь и сдернул со спинки стула льняные брюки.
- Нет, - смутившись, Питер потянулся к скомканным джинсовым шортам, которые вчера вечером закинул на кресло из ротанга возле окна. - Они классные, особенно Дора. Просто, кажется, я никогда в жизни не ел так много.
- Ты что, боишься потолстеть? - старший засмеялся и повернулся к зеркалу, приводя в порядок вздыбившуюся за ночь короткую стрижку. - На твоем месте я боялся бы исчезнуть окончательно. По-моему, в тебе все испаряется, как в черной дыре, – и он шутливо ткнул брата под ребра.
Питер ойкнул и отмахнулся, но ничего не ответил. Тон шуток обычно был дружелюбным, но все равно было невозможно понять, когда Нейтан шутил, а когда говорил серьезно, когда делал комплимент, а когда мрачно иронизировал. Старший брат оказался непонятным и непостижимым, а Питеру очень хотелось, чтобы Нейтан гордился им. Он мечтал заслужить его одобрение и уважение, но совершенно не представлял, как это сделать, не оказавшись навязчивой обузой.

После обильного завтрака на самом деле Нейтану меньше всего хотелось тащиться по обжигающему солнцу несколько сотен метров до моря, но он взял себя в руки и напомнил себе про обещание Питеру. От дома Антонелли до лазурных волн вела узкая улочка, стиснутая белыми домами с обеих сторон. Шлепая по раздолбаной брусчатке, Нейтан тоскливо озирался в поисках киоска с холодным пивом, однако горячие итальянцы то ли еще не открыли свои лавочки, то ли уже закрыли их. Так или иначе, на всем пути до моря ничего подходящего ему не встретилось.
Жара здесь была совсем не такой, как в Руанде. Нейтан немедленно прогнал посетившие его воспоминания и сосредоточился на развевающейся рубашке Питера, шедшего впереди. Младший брат вырос, и к этой мысли следовало бы привыкнуть. Нейтан хорошо помнил первые годы жизни Питера, поскольку сам в то время был еще мальчишкой и ему нравилось возиться с братом. Можно даже сказать, что в свои двенадцать он гордился младшим так, как не каждый отец гордится первенцем. Он практически считал его своим собственным приобретением, к которому родители имели лишь косвенное отношение. Но теперь они оба уже не были детьми.
Нагнав Питера, Нейтан пошел рядом с ним.
- Ну, и как тебе наши сестры? В твоем вкусе? - он решил завести разговор с самой нейтральной темы, какую только смог придумать.
- Ну... они же сестры... – тот замялся, явно смущенный прямолинейным вопросом.
- Не родные ведь, - старший пожал плечами. - Так что, блондинки тебе больше по душе?
- А почему ты спрашиваешь? - Питер чувствовал себя ужасно неловко, поскольку похвастаться победами на любовном фронте ему бы не удалось, а перед лицом красивого старшего брата, за которым девушки бегали толпами, это было особенно стыдно.
- Да просто интересно, - Нейтан прищурился и поглядел в просвет между домами, где уже мелькала ослепительная лазурь. - Хочу знать, будешь ли ты отбивать у меня свободных девиц. Если наши вкусы совпадут, я не буду тебя с ними знакомить, так и знай.
Миновав виа Рома, они оказались на узкой набережной, совсем не похожей на людные и шумные улицы курортных городов. Здесь была всего пара пирсов, уходящих довольно далеко в воду, притянутые к ним лодчонки и один старый катер. Рядом обнаружился и небольшой бар, за прилавком которого потягивал пиво пожилой полноватый хозяин. Воспользовавшись предлогом, чтобы не отвечать на каверзные слова брата, Питер показал пальцем в сторону прилавка:
- Может, купишь нам выпить? Жарко...
Смерив младшего взглядом и отметив, что тот не тянет на совершеннолетнего ни по американским, ни по итальянским меркам, Нейтан хмыкнул и подошел к открытому бару.
- Два пива, - он дополнил реплику жестом, не особенно сильно полагаясь на свое знание итальянского. Впрочем, хозяин, похоже, понял бы его и без слов. Он нацедил светлого пива в два объемных пластиковых стакана и, не считая, смахнул мелочь с прилавка. - Ты вообще когда-нибудь пил? - запоздало осведомился Нейтан, вытирая с губ пену.
- Конечно! Не раз! - здесь Питер мог ответить честно, не кривя душой. Он уже успел распробовать не только пиво, но и шампанское, поскольку отец был убежден, что лучше всего молодому человеку научиться это делать дома, чтобы запретный плод не казался таким уж сладким. - Ты думал, я совсем мелкий? - Вызывающе улыбнувшись, он с наслаждением сделал большой глоток, и жизнь сразу заиграла более яркими красками. - Пойдем к воде?
Закинув на плечо полосатое полотенце, Нейтан, не торопясь, спускался к морю по шершавой каменной лесенке без перил. Питер опередил его, на ходу выпутываясь из рубашки и стараясь не выронить стакан из руки. Отойдя подальше от пирсов, Нейтан бросил полотенце на землю, аккуратно поставил рядом ополовиненный стакан, разделся и потянулся, только теперь ощущая, что жизнь не так уж и плоха, как казалось по пробуждении.
- Ну как, до Генуи доплывем? - он зашел в теплые волны и оглянулся на Питера.
Тот немного суетливо избавился от одежды и остался в одних плавках. Стоя по пояс в воде, Нейтан махнул рукой, призывая младшего поторопиться. Питер не без восхищения смотрел на него, чувствуя себя сейчас особенно худым и нескладным. Когда Нейтан говорил, что боится конкуренции, он явно сильно льстил брату.
Стараясь не мешкать, Питер забежал в воду:
- До Генуи, говоришь? Наперегонки?
Не утруждая себя ответом, тот повернулся и прыгнул в волны. Плавал он довольно прилично, хотя во время службы ему довольно редко представлялась возможность окунуться куда-то, кроме душа: все-таки летчик, а не моряк. Не особенно торопясь и время от времени поглядывая назад, он поплыл прямо вперед, оставляя за собой пирсы.
«Вот он так всегда», - подумал Питер, постояв в замешательстве пару секунд, прежде чем последовать за братом. С тех пор, как Нейтан ушел на службу, его поведение сильно переменилось. Он все меньше обращал на младшего брата внимание, все чаще о чем-то сердито спорил или серьезно беседовал с отцом. В привычном "Привет, малыш" гораздо реже звучали искренние внимание и нежность, к которой Питер привык ребенком. А после того, как Нейтан побывал в «горячих точках», он изменился еще больше. Казалось, все, что он говорил, он говорил лишь для вида, чтобы не было неловкого молчания. Но оно все равно повисало в воздухе.
Питер не очень понимал, почему отец настоял на том, чтобы братья отправились на каникулы вместе. И вряд ли самого Нейтана грела мысль о нескольких летних месяцах в компании младшего брата, за которым полагалось присматривать. Питер считал, что присмотр ему совершенно не нужен, хотя возможность побыть рядом с Нейтаном поначалу казалась ужасно привлекательной. И он все еще не оставлял надежду на то, что ему удастся завоевать расположение и интерес к себе, хотя пока получалось не очень. Но, по крайней мере, они не ссорились. Впрочем, они никогда не ссорились. Нейтан предпочитал не обращать внимания на то, что раздражало его в Питере. И это было хуже, чем самый крепкий подзатыльник, потому что в такие моменты, когда Нейтан неожиданно замолкал и менял тему, младший чувствовал себя пустым местом. Вот и сейчас он не знал: то ли он сказал глупость и поэтому Нейтан сделал вид, будто не слышал вопроса, то ли старший брат просто решил, что пора прекратить разговор и окунуться?
Размышляя на эту невеселую тему, он догнал Нейтана. Разговаривать теперь было бы неудобно, поэтому они молчали, поглядывая друг на друга. Они плыли рядом, иногда сталкиваясь кончиками пальцев при неудачном размахе.
В нескольких сотнях метров от берега море было существенно холоднее, но Нейтану нравился окружающий простор.
- Не устал? - крикнул он, отфыркиваясь от воды.
- Нет пока. Но если что, ты ведь не дашь мне утонуть? - Питер улыбнулся. – Помнишь, как в детстве?
- Конечно, помню, - тот вернул улыбку и подплыл ближе. - Правда, ты лет десять назад был куда компактнее, но я надеюсь, что и сейчас справлюсь.
Питер совсем по-мальчишески рассмеялся, а потом набрал ртом воздуха и скрылся под водой, нырнув поглубже, оплывая вокруг Нейтана, чтоб всплыть прямо за его спиной. Он сам не знал, зачем это выкинул - то ли чтобы пошутить, то ли чтобы заставить брата поволноваться в ожидании. Ему с детства нравилось проделывать такие штуки: прятаться в шкафу, залезать на дерево и ждать, пока Нейтан найдет его. Пусть и отругает, но сначала - найдет.
Однако заволноваться всерьез тот не успел и обернулся на шумный вдох, раздавшийся за спиной. Поддерживать игру не стал: все-таки не на мелководье, где еще можно было бы подплыть снизу и дернуть за ногу, чуть-чуть притопив и напугав мальчишку.
- Передохнул? Давай дальше, - и он снова взял курс в море.
- Ах, ты зараза! - Питер и окатил брата волной из брызг. - Хоть бы каплю беспокойства за мою жизнь проявил!
- А что за тебя беспокоиться? - фыркнул тот, стараясь не сбить дыхания. - Акул здесь нет, а я не опасен, - и он хмыкнул, чтобы не рассмеяться и не наглотаться воды.
- А если бы я утонул? - вопрос был глупым, но он вырвался раньше, чем Питер успел спохватиться.
- Я бы тебя достал, - серьезно ответил тот, останавливаясь и поворачиваясь к брату.
Влажные короткие волосы Нейтана прилипли ко лбу, а густые ресницы, намокнув, казались еще более длинными. Его тон был серьезным, но карие глаза показались Питеру улыбающимися и неожиданно теплыми. Он улыбнулся синеватыми губами: вода была холодной, а Питер замерзал мгновенно.
- Только не вздумай тонуть прямо сейчас, - Нейтан вернулся к брату и взял его за плечо. Тот начал мелко дрожать. - Замерз?
- Есть немного...
Заплыв ему за спину, он потянул Питера на себя.
- Ложись. Отдыхать будешь на мне.
- Да ладно тебе, я доплыву. Нейт, мне не пять лет! – стуча зубами, Питер начал было сопротивляться, но брат просто не слушал. Он, как всегда, считал, что знает, как лучше. Сопротивление получалось глупым и не слишком-то успешным, так что Питер подчинился и позволил продрогшему телу расслабиться.
Плыть, лежа затылком на груди Нейтана, было удобно и очень приятно. Точно так же старший давным-давно катал его на себе, когда Питер был совсем маленьким и не мог плавать подолгу. Юноша до сих пор помнил ощущение безмятежного счастья, которое его охватывало всякий раз, кода сильные руки брата подхватывали его и кидали с размаху в воду, так что он верещал от смеси ужаса и восторга, а потом помогали всплыть и держали на весу, в безопасности, чтобы он смог отдышаться и согреться. Это было так здорово и так давно... Еще до того, как Нейтан ушел в армию. Сейчас все было совсем по-другому, хотя вроде бы Нейтан был таким же сильным и спокойным, небо таким же синим, а солнце таким же ярким и слепящим глаза.
Но сейчас Питер испытывал совсем другие чувства, непохожие на те, что были знакомы ему в детстве. Он испытывал неловкость и смущение, соприкасаясь с телом брата, слыша за спиной его шумное дыхание, чувствуя еле уловимый запах, смешавшийся с соленой водой. Озноб, казалось, от этого стал еще сильнее.
Нейтан придерживал Питера на себе, не давая соскользнуть. Коленями слегка подталкивая брата вверх, он греб руками, время от времени косясь на изогнутую линию берега, которая приближалась очень медленно. Впрочем, первое беспокойство уже прошло. Пусть замерзший и уставший, Питер сейчас был в полной безопасности. Даже если бы он вдруг начал тонуть, Нейтан знал, что делать.
Когда руки начали ныть с непривычки, он начал грести ногами, взяв Питера за ребра, чтобы тот не сполз в глубину.
- Как ощущения? - спросил он, чувствуя под пальцами быстрый стук сердца.
- Н-нормально... - неуверенно отозвался тот. - Я думаю что отсюда уже могу плыть сам. Заодно согреюсь, - он сделал очередную попытку высвободиться из крепких рук брата.
- Лежи смирно, - спокойно приказал тот, отплевываясь от горько-соленой воды. - На берегу согреемся. Не лишай меня возможности поиграть в дельфина.
Последняя реплика заставила Питера рассмеяться:
- Никогда бы не подумал, что дельфины - твой образец для подражания, Нейт.
Он откинул голову назад и прогнулся, чтоб вода взяла часть его веса, облегчив брату задачу, но в результате только сильнее прижался к нему и вздрогнул, словно его ударили током. Захотелось тут же извиниться, но он промолчал и постарался не дергаться почти до самого берега.
Поравнявшись с первым из пирсов, Нейтан устало вздохнул: до земли оставалось преодолеть всего пару десятков метров по мелководью. Кожа брата под пальцами казалась уже почти ледяной. Задев пятками дно, он оттолкнулся и через пару мгновений врезался плечами в берег. Питера он так и не отпустил, так что теперь чувствовал на себе весь вес его тела.
- Спасибо, что подвез... – смущенно пробормотал тот. - Идем на берег?
- С тебя обед за доставку, - отшутился Нейтан и с плеском скинул Питера в воду.


Пару любит лебедь, и мне спокойней в небе,
Когда мы будем вместе с утра, Брат мой. (с) Розенбаум


Сообщение отредактировал maxfalk - Воскресенье, 11.01.2009, 15:28
 
JanoshДата: Воскресенье, 11.01.2009, 15:16 | Сообщение # 2
Знает о неизвестном
Группа: Пользователи
Награды: нет
Сообщений: 87
Замечания: 0%
Статус: Offline

Жаркое солнце опускалось за город, за окном быстро темнело. Нейтан лежал на своей кровати и раздраженно щелкал допотопным пультом, пытаясь настроить старенький телевизор. Питер листал журнал, не обращая внимания на его недовольный бубнеж. Поняв, что от кнопок толку не будет (часть из них залипала, часть – никак не влияла на телевизор, а под оставшимися просто были стерты опознавательные значки), Нейтан начал домогаться реакции от антенны. Минут двадцать он сосредоточенно тряс ее, крутил и носил по комнате, надеясь, что хоть чудом можно будет выжать из этого динозавра десяток прилично ловящихся каналов. Или пяток. Ну, пару. Да хотя бы один!
- Тебе здесь скучно? - подал голос Питер, отложив в сторону толстый журнал про автомобили, судя по обложке – шестидесятого года выпуска.
- Скучно? – раздраженно буркнул Нейтан, спрыгивая с кровати и водружая антенну обратно на крюк в стене. – Хрен тут соскучишься…
С ненавистью поглядев на телевизор, он от души пнул старую трехногую тумбочку, на которой покоился этот прадед домашних кинотеатров:
- Чтоб ты провалился!
Тот ответил неожиданно страстным стоном, и Нейтан оживленно поднял брови. То ли пинок что-то сдвинул в антикварных внутренностях, то ли вернул угасший контакт туда, куда его требовалось вернуть, но картинка на экране возникла столь же красочная, сколь и недвусмысленная.
- Не дыши! - Не оборачиваясь, Нейтан жестом приказал Питеру замереть на месте.
Требование было явно лишним, потому что тот и так забыл, как дышать, стоило ему сообразить, что же им показывали: двое крепких мускулистых мужчин увлеченно обрабатывали пышнотелую смуглую брюнетку.
Питеру, конечно же, не раз доводилось видеть порнуху: в конце концов, он жил в Нью-Йорке и общался со старшеклассниками, которые могли за определенную (почти символическую) плату достать кассеты с воплощениями любых фантазий.
Но одно дело, когда он был наедине с собой, тайком от родителей. Хотя даже тогда он от стыда изводил себя еще несколько дней после первого «киносеанса» и старался не встречаться взглядом с матерью, боясь, что она по глазам прочитает, чем он занимался.
А сейчас - сейчас здесь был Нейтан, и он, конечно же, не переключит канал. Питеру оставалось либо молча сгорать от стыда, либо, пересилив себя, смотреть и делать вид, будто бы это – плевое дело, либо сгореть со стыда дважды, потому что старший брат догадается о том, что…
Питер даже не стал додумывать, о чем мог бы догадаться Нейтан, поскольку сам этого толком не знал. Ему мучительно хотелось спрятаться куда-нибудь, но сил оторвать глаз от экрана не было.
Попятившись назад, осторожно, чтобы на полу не шевельнулась ни одна доска и тумбочка не качнулась, Нейтан наткнулся на кровать Питера и присел.
- Давай, детка, покажи себя, - одобрительно прошептал он, не отрывая взгляда от телевизора. Судя по всему, сцена уже подходила к своему логическому завершению. Так и было: через минуту красотка, встав на колени, принялась языком обрабатывать оба члена, прикладываясь то к одному, то к другому.
- Все самое интересное пропустили! - с досадой вздохнул он. - Надеюсь, она здесь была не последней...
Ночной канал оправдал его ожидания, хотя следующий сюжет был далеко не таким горячим. Не менее смуглая брюнетка, появившаяся на экране, начала стриптиз под ритмичную музыку.
- А она тоже ничего, - снисходительно бросил Нейтан и обернулся к Питеру.
Тот был настолько оглушен шумом крови в висках и стуком сердца о ребра, что не сразу сообразил, к кому обращался брат, комментируя ласкающую себя девицу. Когда Питер встретил его взгляд, ему стало невыносимо жарко и он порадовался, что широкие шорты, которые он еще не успел переодеть, скрывают силу его впечатления от увиденного. Чувствуя, что испуганное молчание выглядит слишком немужественно и жалко, он прокашлялся и сипло ответил, стараясь быть грубоватым:
- Да... Ничего...
Скользнув взглядом по Питеру как раз до наметившейся выпуклости, которую надежно прикрывали шорты, Нейтан отвел глаза. Ему показалось, что пристальное внимание было бы нарушением личной территории, хотя в целом он не видел абсолютно ничего предосудительного в том, чтобы быть в курсе сексуальных предпочтений младшего брата. Питер выглядел ошеломленным, однако яркий румянец был трактован Нейтаном как знак того, что порноканал попался вовремя, раз Питеру хватило нескольких минут, чтобы возбудиться. В юношеском возрасте возбуждение - это не шутки, Нейтан знал по себе.
Он сам не мог бы ответить, отчего в нем так неожиданно проснулся интерес к личной жизни Питера. Возможно, это просто был самый удачный повод для того, чтобы наконец перестать рядом с ним чувствовать себя чужим и ненужным. В детстве общение с Питером было легким, простым и приятным. Его было достаточно угостить мороженым, взять с собой в город, почитать что-нибудь, чтобы младший брат улыбался во весь рот. Сейчас же Питер куда чаще выглядел настороженным и подозрительным, будто только и ждал пинка или окрика. Понятно, что в таких условиях разговоры как-то не клеились, а общение все время скатывалось к каким-то формальностям. Нейтан старался не показывать, что его это сильно задевало, и в глубине души страшно ревновал Питера к тому прошлому, что брат провел без него.
- Нравится? - он кивнул в сторону красотки, уже успевшей избавиться от большей части своей одежды и теперь призывно пощипывающей себя за грудь. - Или подождем, не найдутся ли у них блондинки?
Питер не знал, куда себя деть от смущения и возбуждения. Он толком и не смотрел на экран, а когда смотрел, почти ничего не видел, но сама ситуация действовала на него ошеломляюще. Это было больше похоже на пытку, чем на удовольствие, и он с трудом сдерживал себя от позорного бегства в ночную темноту балкона, подальше от насмешливых глаз Нейтана и томного ритма музыки, под которую вертелась стриптизерша. Он ничего не ответил, только нервно облизнул губы, собираясь с мыслями.
- Да ладно, Пит, - негромко и чуть обиженно произнес Нейтан, решивший, что младший брат никак не может решиться доверить ему тайну своих предпочтений. - Это что, государственная тайна?
Нервно сжав колени и стараясь силой воли унять ноющую болезненную пульсацию ниже пояса, Питер с трудом перевел дыхание:
- Мне, если честно, все равно, блондинки или брюнетки... - и умоляюще посмотрел на брата, надеясь, что тот не станет расспрашивать подробнее. Потому что тогда пришлось бы признаться, что вид возбужденных членов, мускулистых рук и накачанных животов возымел куда более сильное действие, чем прелести грудастых красоток.
Нейтан, ощутивший напряженность такого ответа, но не догадывающийся о ее причине, только пожал плечами.
- Расслабься, Пит, - он легонько ткнул его кулаком в колено. - Я не буду тебя допрашивать, в конце концов, это твое дело...
Однако скрытность брата, в прошлом с удовольствием доверявшего ему свои секреты, на удивление сильно уязвила Нейтана. Отвернувшись к экрану, он мрачно посмотрел на танцующую красотку.
Услышав неудовольствие в голосе брата, Питер понял, что, видимо, сделал что-то неправильное и неприемлемое в мире взрослых - в мире, где жил Нейтан, но куда сам Питер не мог попасть, как бы ни старался. Чувствуя себя страшно виноватым, он пододвинулся ближе к брату и робко спросил, с трудом подбирая слова:
- А тебе?.. Какие больше нравятся?
Слегка оттаяв от виноватого тона Питера, тот уселся на кровати поудобнее, сдвинув ноги брата в сторону.
- Если там попадется похожая, - он кивнул на экран, - я тебе покажу. Но итальянки немного не из тех, кто мне нравится.
Он улыбнулся, глядя на лицо Питера, смущенное, встревоженное и напуганное одновременно.
- Слушай, я же не собираюсь тебе читать лекции о том, что тебе вредно смотреть порно или что тебе еще рано. Если бы ты начал встречаться с кем-нибудь из них, - Нейтан снова кивнул в сторону экрана, надеясь, что это хотя бы немного расшевелит брата, - то тогда я бы забеспокоился. А так - все нормально.
- Знаешь, с тех пор, как ты уехал, мне особо не с кем было поговорить, так, как с тобой. - Питер настороженно улыбнулся, глядя из-под челки. - И ты так изменился. Я и правда немного испугался, что ты меня отругаешь.
- Вот дурень, - облегченно вздохнул Нейтан и привычно захватил его за шею, притягивая к себе. - Было бы кого пугаться...
Он прижался губами к макушке Питера и покосился на новый звук из телевизора.
- Не возражаешь, если я займу половину? - отпустив брата, Нейтан откинулся назад, на кровать.
Питер не нашелся, что ответить. Сердце пропустило удар, когда Нейтан коснулся губами его волос, а потом забилось так быстро, что он чуть не задохнулся. Вся эта ситуация была удивительной, страшной, волнующей и возбуждающей одновременно. Он вдруг вспомнил, что в детстве, когда он пугался или расстраивался, Нейтан всегда находил способ его утешить и приободрить. Возможно, и сейчас это сработало бы. Он осторожно примостился рядом.
- Черт знает сколько времени ничего такого не видел, - пробормотал Нейтан для поддержания разговора. Это было правдой, как и то, что полноценного секса у него не было достаточно давно. В юности просмотр порнухи с приятелями казался ему вполне приятным времяпрепровождением, однако это развлечение давно осталось в прошлом, как и друзья, которые разъехались по миру. Он был бы рад приобщить к этому занятию Питера, однако тот выглядел настолько смущенным, что Нейтан не представлял, как к нему подступиться. Вообразит еще бог знает что... Возбужденный и рассерженный, он барабанил пальцами по скомканному одеялу. Ему пришло в голову, что, возможно, Питер еще все-таки слишком юн для подобных развлечений даже под руководством (в любом смысле) старшего брата и лучше было бы переключить канал на какие-нибудь мультики.
Исподлобья разглядывая брата, Нейтан скользил взглядом по его фигуре. Еще пара лет, и Питер избавится от этой подростковой неуклюжести. Девушки тогда будут вешаться на него гроздьями, но пока, наверное, как и все тинейджеры, Питер считал себя гадким утенком и не задумывался о будущих успехах.
Сладкие вздохи стриптизерши притягивали внимание Питера, он то и дело косился на экран. Нейтан смотрел туда же, храня гробовое молчание, и оно сдавливало грудную клетку юноши, заставляя нервно облизывать губы. В комнате было уже довольно темно, только яркое цветное пятно света из телевизора падало на постель. Нейтан что-то раздраженно пробормотал, и от его голоса возбуждение, которое Питер совсем не умел контролировать, стало настолько невыносимым, что он с едва слышным стоном выдохнул застрявший в горле воздух.
- Пит, - негромко произнес Нейтан, которого сдавленный стон заставил вздрогнуть от неожиданности. Питер обернулся, но блуждающий взгляд некоторое время не мог остановиться на лице Нейтана. - Не мучайся. Или тебя научить? - в этом вопросе не было ни намека на шутку.
Глаза Питера расширились, будто от ужаса:
- Научить?.. В каком смысле? - остатками сознания он понимал, что выглядит идиотом, но разум отказывался принимать ту версию ответа, которая казалась самой очевидной.
Явственно прозвучавшая паника в голосе младшего брата заставила Нейтана решить, что он зря ляпнул про «научить», но отступать было поздно.
- Да не бойся ты так, - успокаивающий тон прозвучал несколько грубовато, поскольку Нейтану самому давно хотелось в буквальном смысле взять себя в руки, однако просто так расстегнуть штаны и достать член он не мог: кто его знает, вдруг Питер решит, что он на него покушается... - Я же вижу, - Нейтан кивнул на его шорты, которые довольно заметно оттопыривались, и попытался улыбнуться: - Мне, знаешь ли, не легче. Можно, конечно, выбежать на балкон или спуститься вниз в туалет, но зачем нам друг от друга-то прятаться? - он хмыкнул и добавил: - Меня тебе вообще глупо стесняться. Думаешь, мало я тебя в детстве голым видел?
- То есть... ты хочешь, что бы я... чтобы мы здесь... То есть, я не это имел в виду... Ну... ты понял... - Питер окончательно запутался в словах и с надеждой посмотрел на брата, который должен был сейчас сказать или сделать что-нибудь такое, что расставит все по местам.
Нейтан сдавленно застонал от непонятливости младшего брата. То ли опыта у него почти не было, то ли воспитание оказалось слишком суровым… Он внезапно почувствовал себя полностью ответственным за сексуальное просвещение Питера и без долгих предисловий положил ладонь на выпирающий через шорты член. Ощущения оказались довольно неожиданными - это было мало похоже на опыт с самим собой, однако впечатление было таким, будто Нейтан начал гладить именно себя. По крайней мере, его собственный член на прикосновение руки к брату отреагировал живо.
Сердце Питера пропустило удар, он шумно втянул воздух через сжатые зубы и зажмурился от смеси удовольствия и стыда. Он и не думал, что это может быть настолько приятно. Сам с собой он не раз это делал, испытывая по этому поводу весьма смешанные чувства. Но то, что к нему так прикасался именно Нейтан, усиливало ощущения многократно. У него закружилась голова, а в горле сжался комок, от которого можно было избавиться, только отпустив на волю все те стоны и вздохи, что отчаянно рвались из груди с каждым новым движением руки Нейтана.
Его отзывчивость заставила Нейтана стать более внимательным, и он сам не заметил, как увлекся процессом до такой степени, что навис над Питером, опираясь только на локоть. Даже через плотную ткань член казался горячим. Отпустив его на минуту, Нейтан ладонью поддел легкую футболку, коснувшись напряженного живота Питера, и сдвинул вниз резинку на шортах, чтобы проще было пробраться за нее. К его удивлению, ничего, кроме шорт, на Питере не оказалось. Но это удивление быстро исчезло из его головы, настолько возбуждающим оказался тот факт, что он запустил руку в штаны к своему младшему брату. Нейтан сам застонал от возбуждения, когда сжал в ладони твердый член Питера, горячими вздохами отзывавшегося на каждое движение.
Для того, чтобы довести юношу до того состояния, когда он мог только сдавленно стонать, кусая губы, и выгибаться навстречу руке старшего брата, не потребовалось много времени и усилий. Одну руку он прижал ко рту, то ли стараясь унять стоны, то ли просто не помня себя от удовольствия. Через несколько уверенных движений он кончил в руку Нейтану, захлебываясь стонами и до боли прикусив собственные пальцы.
Тот не стал сразу же убирать руку, поглаживая Питера, пока он приходил в себя. Нейтан довольно странно себя чувствовал и пока не мог объяснить себе происходящее, но прямо сейчас объяснять он и не стремился. Отголоски здравого смысла советовали ему повременить со включением мозгов.
- Вот об этом я и говорил, Пит, - негромко и почти спокойно сказал он, продолжая поглаживать большим пальцем послушный и уже не такой твердый, как минуту назад, член Питера. - Сам видишь, нам незачем друг друга стесняться. Мы ведь не чужие.
Это была чистая правда не только по факту: сейчас он ощущал их родство, как никогда раньше. Они вдруг стали такими близкими, какими не всегда бывают любовники.
Отдышавшись, Питер открыл глаза и с благодарностью посмотрел на Нейтана, в ответном взгляде которого в полумраке читалась такая нежность, что Питеру вдруг стало трудно дышать. Ему хотелось, чтобы Нейтан чаще смотрел на него вот так. И чтобы смотрел так только на него. Питер хотел было что-то сказать, но пришедшая в голову мысль об ответном действии показалась ему лучшим выражением чувств. Ему было немного страшно. В любой другой ситуации он провалился бы под землю от одной мысли в этом направлении, но сейчас ему было настолько хорошо, что места для страха не оставалось. Не раздумывая долго, он потянулся к члену Нейтана, не менее возбужденному, чем его собственный пару минут назад.
Нейтан, прикрыв глаза, только прошептал "да, малыш" и лег чуть выше, чтобы Питеру не пришлось слишком далеко тянуться. Обняв его за плечи свободной рукой, он склонил голову, провел губами по линии волос на виске. Пока тот расправлялся с пуговицами на летних штанах, сдерживал нетерпение, прикусив губу. Первое прикосновение пальцев показалось ему прохладным. У Питера была небольшая ладонь, и это была заметная разница в ощущениях по сравнению со своей собственной рукой.
- Да, Пит, - снова прошептал он, бедрами подаваясь вперед и выдыхая куда-то в макушку брату.
Осмелев от согласия Нейтана, тот стал двигать рукой куда более уверенно, стараясь доставить брату как можно больше удовольствия. Он ни в коме случае не хотел подвести его. Положив голову ему на плечо, сжимая пальцы вокруг упругого, горячего ствола, он водил рукой вверх и вниз, сладко вздрагивая каждый раз, когда Нейтан стонал или шумно выдыхал. Это было невыносимо приятно. Он и оглянуться не успел, как снова сам был готов кончить от малейшего прикосновения.
Так и не убрав руку из шорт Питера, Нейтан чувствовал, будто они вдвоем нарушают какой-то таинственный и сладкий запрет, и это чувство заставляло его еще глубже зарываться губами в волосы Питера. Он почти не сдерживал стонов. Пальцы брата, кольцом скользившие вниз от головки и обратно, оказывались куда более волнующими, чем его самое первое, а потому самое яркое эротическое приключение – торопливый и умелый минет на парковке от первой красотки школы.
- Сожми сильней, - пробормотал Нейтан, вздрагивая от накатывающего предчувствия долгожданного оргазма. - Выше... Да, Пит, вот так...
Член Питера скользил в его ладони в том же самом ритме.
Младшему едва хватало сил на то, чтобы выполнять указания Нейтана. Сознание отключалось, уступая место всхлипам, стонам, и почти конвульсивным движениям бедрами по направлению к властно сжимающей его член руке. А Нейтан жалел о том, что у него недостает еще хотя бы одной руки, чтобы направлять на себе брата, и мельком подумал, что в следующий раз... в следующий раз он обязательно покажет Питеру, как ему нравится. Застонав, он прижался к нему бедрами, зажимая его руку между их телами, заставляя еще чуть сильнее сжать пальцы, и кончил, уткнувшись ему в шею, чувствуя, как брат прерывисто стонет от второго оргазма.
- Да, Пит... - повторил он, целуя взмокшую от пота шею. - Да...


"Я нужен тебе, чтоб выводить тебя из равновесия, а ты мне, чтоб вводить меня туда. Вот такое вот Дао." (с) Я
 
maxfalkДата: Воскресенье, 11.01.2009, 15:17 | Сообщение # 3
Знает о неизвестном
Группа: Пользователи
Награды: нет
Сообщений: 82
Замечания: 0%
Статус: Offline

На утренней пробежке Нейтан едва не добрался до Алассио, настолько он был увлечен своими мыслями. Вчерашнее происшествие между ним и Питером заставило его как следует поволноваться, поскольку выходило за рамки его представлений о приятном и незначительном эпизоде из сексуальной жизни. Он был далеко не мальчиком и на вопросы секса смотрел довольно открыто, правда, до определенных границ. В его жизни за неполные тридцать случалось всякое, в том числе и групповые приключения, а уж в армии, как он считал, сам Бог велел искать случайных связей с местными красотками, которые на военную форму реагировали, как на афродизиак. Сомнительный опыт юношеского онанизма в компании под просмотр чего-нибудь горячительного и с обильным употреблением алкоголя тоже не казался Нейтану предосудительным. Ему просто было чем похвастаться, а возможности покрасоваться, перед приятелями или перед девчонками, он обычно не упускал. Тем более, что такие вечеринки всегда сопровождались легендами о своих постельных подвигах, которые Нейтан, в отличие от некоторых из своих приятелей, никогда не выдумывал – ну, разве что слегка приукрашивал. Однако в тех случаях никто никогда не проявлял желания «помочь» соседу. Впрочем, один из участников этих сборищ много лет спустя признался, что с детства западал на парней, но сам Нейтан в своей ориентации был уверен так же, как в том, что небо – голубое, а трава – зеленая. И по здравому рассуждению причин для испытываемого сейчас волнения не находил. Ну, помог Питеру, ну, не стал спорить с тем, что тот ответил тем же. Но это же был Питер, это же был родной брат. Что такого странного и необычного в том, что между ними была возможность стать еще немного ближе и наладить наконец отношения? Питер вырос почти у него на руках, в детстве порой даже спали вместе, и можно было не вспоминать, сколько раз Нейтану доводилось купать и мыть брата, пока тот не научился делать это самостоятельно. Что же ненормального в том, что он в этот раз снова помог ему? Ничего ненормального.
Однако тревога никак не покидала его, и, приближаясь к дому, Нейтан только усилием воли заставил себя успокоиться. Ничего непоправимого не произошло, и, если контролировать ситуацию, не произойдет. Наверняка на них обоих подействовала новизна впечатлений, непривычная обстановка и радость от того, что они оба наконец-то нашли общий язык. Нейтан не сомневался в том, что именно этот способ поможет преодолеть возрастной барьер, возникший между братьями.
"Надо бы взять машину и махнуть сегодня куда-нибудь", - подумал он, - "позавтракать в Сан-Ремо, например".
Взмокший после долгой пробежки, он почти взлетел по лесенке под крышу и распахнул дверь. Питер, еще не одетый, расхаживал по комнате и чуть не подпрыгнул, когда в комнатке появился брат.
- Проснулся? Доброе утро! - Нейтан обнял его одной рукой и приложился к щеке губами. - Одевайся, поедем завтракать. Только заскочу в душ, - выудив из шкафа чистую рубашку, он стянул с себя промокшую серую майку и кинул на кровать. Подцепив полотенце со спинки стула, так же стремительно, как и появился, исчез за дверью.
Питер медленно опустился обратно на кровать. Ноги подкашивались. Даже ответить на приветствие он не успел. От брата пахло свежим потом, и это действовало на Питера так, что он бы умер от перевозбуждения на месте, если бы Нейтан не скрылся в ванной так быстро. Закрыв глаза, он откинулся на подушку и обхватил пальцами член. Воспоминаний о том, как он делал это вчера вместе с Нейтаном, хватило для того, чтобы через несколько резких движений на лбу проступила испарина и вязкая теплая сперма испачкала ладонь. Отдышавшись, Питер огляделся, чем можно было бы замаскировать следы своего преступления. Внизу прекратился поток воды, что означало, что Нейтан вот-вот вернется. Торопливо вытерев ладонь о живот, Питер поспешно натянул футболку.
Повесив полотенце на шею, Нейтан босиком, в накинутой на голое тело рубашке, поднялся по лестнице. Короткие волосы мгновенно сохли в южном климате, и он едва-едва успел пригладить их перед зеркалом, прежде чем они улеглись.
Сладковато-острый запах, которого не было в комнате пять минут назад, заставил Нейтана ободряюще подмигнуть Питеру, который, неестественно улыбаясь, сидел на своей постели. А что, передернуть с утра до завтрака - отличная идея. Правда, судя по проступившим на футболке влажным пятнам, Питер слишком поторопился и даже не догадался хотя бы запастись салфетками. Впрочем, эта беда была поправимой.
- Я пойду разберусь с нашей колымагой, - Нейтан влез в штаны и последний раз пригладил волосы, - а ты накинь на себя что-нибудь поприличнее, поедем глазеть на местные красоты.
Решив, что брат ничего не заметил, Питер с облегчением схватил в охапку одежду и поспешил в ванную. На выходе из нее в коридоре он столкнулся с Орнеллой, которая болтала по телефону, резво жестикулируя и накручивая черный локон на длинный палец. Завидев кузена, она тут же поманила его к себе, а когда он попытался ретироваться, сделала большущие глаза, нахмурилась и схватила его за рукав. Распрощавшись с собеседником и послав ему воздушный поцелуй, положила трубку и Питер опомниться не успел, как был расцелован в обе щеки.
Орнелла была старше всего на год, но выглядела так, будто разница между кузенами составляла лет пять. Отчасти контраст создавало то, что сам юноша выглядел довольно хрупким, в то время как Орнелла была высокой, статной и отлично оформившейся девушкой. Короткие шорты и ярко-оранжевая маечка смотрелись на ней просто восхитительно.
- Доброе утро, Пит! Наконец-то я тебя застала, с моей работой я вечно не успеваю увидеть ни тебя, ни Нейтана!
Орнелла подрабатывала официанткой в ресторане. Финансовое положение семьи делало такую работу не обязательной, но ей хотелось самой зарабатывать на карманные расходы, и родители только поддерживали начинание дочери.
Питер улыбнулся, будто извиняясь:
- Мне тоже жаль, что никак не удается поболтать.
- Что вы сегодня делаете? У меня выходной, но с утра я уже договорилась встретиться с Франческо, а вот вечером можем погулять где-нибудь все вместе. Нейтан не будет против? Я позову подруг, а то ему наверняка скучно без женского внимания, - и она кокетливо улыбнулась, откинув волосы за плечо.
Предложение смутило Питера. Он, собственно, был не против компании сестер, вернее, думал, что не против. Кроме того, Нейтан без окружения красивых девушек выглядел непривычно. Сколько Питер себя помнил, рядом с братом всегда были самые яркие девчонки. Он побаивался, что Нейтан скучает в этой глуши, но когда это же высказала и сестра, мысль показалась Питеру очень обидной. Представив себе, как подруги Орнеллы будут липнуть к Нейтану, он даже разозлился:
- А меня ты ни с кем познакомить не хочешь? Почему, когда в этой семье речь заходит о Нейтане, у меня возникает такое ощущение, будто меня нет? - он все еще продолжал улыбаться, а кузина то ли сделала вид, что не заметила напряжения в голосе, то ли действительно не поняла, что обидного было в ее словах.
- Я, конечно, могу попробовать, Пьетро, - Питер терпеть не мог, когда его имя произносили на местный лад, но смолчал. - Только ты такой робкий, боюсь, мои подруги тебя напугают.
Она рассмеялась и добавила раньше, чем Питер успел окончательно обидеться:
- Ладно, такому красавчику, как ты, нечего стесняться. Бери пример у старшего брата.
Прождав Питера у гаража минут десять, Нейтан отправился на поиски и нашел его в плену у темпераментной кузины.
- Вам скучно в нашей компании? - Орнелла шутливо надула пухлые губки, едва услышав о том, что братья собираются прокатиться за город. - Я могла бы взять Франческо и показать вам окрестности.
- Ты шутишь! - засмеялся Нейтан. - В твоей компании никакие окрестности будут не интересны, а Франческо оторвет всем нам головы. Вообще я давно собирался прокатиться с Питером по побережью, он ведь последний раз был здесь так давно, что уже ничего не помнит.
Он приобнял брата за плечи:
- Ждите нас к ужину, если, конечно, мы не заблудимся.
Орнелла махнула рукой:
- Когда заблудитесь, спросите дорогу у местных, только избегайте красивых девушек, а то они покажут вам дорогу к своему дому, и моргнуть глазом не успеете, как обзаведетесь десятком детишек.
Нейтан, захохотав, поцеловался с сестрой на прощание и потянул Питера за собой.
Тот был рад, что брат увел его, избавив от необходимости поддерживать разговор, который становился в тягость. У Нейтана всегда получалось вытаскивать младшего из неприятных ситуаций и играючи решать проблемы, которые казались сложными или непреодолимыми: отогнать собаку в парке, напугавшую четырехлетнего Питера, или договориться с классной руководительницей, чтобы та не звонила родителям, а позволила еще раз пересдать зачет. И вот сейчас он снова просто пришел и прекратил ситуацию, которая не нравилась Питеру. Нейтану можно было доверять в любых вопросах, это юноша усвоил прочно и теперь заново убедился, что в этом отношении ничего не изменилось. Все было, как и раньше.
В гараже дома рядом с семейным Фиатом стоял взятый напрокат алый кабриолет Альфа-Ромео из последнего выпуска. Называть этот шедевр итальянского автопрома колымагой мог только Нейтан. Нацепив солнечные очки, он уселся за руль и дождавшись, пока Питер устроится рядом, сообщил, выворачивая на улицу:
- Я голоден, как стая волков. Поедем с ветерком.
Сверяясь с картой, они оставили городок позади и помчались по солнечному побережью. Море блестело, встречных машин почти не попадалось на пути, так что Нейтан не особенно придерживался дозволенного скоростного режима.
- Главное - не спутать руль со штурвалом, - он повернулся к Питеру и улыбнулся, - обойти препятствие поверху нам не удастся.
Питер рассмеялся и откинулся на спинку сиденья, подставляя лицо свежему ветерку. Солнце ощутимо припекало, так что влажный морской бриз был весьма кстати.
- Здорово, наверное, уметь летать на самолете. Мне всегда было интересно, что чувствуешь, когда ты на высоте в несколько тысяч метров.
- Ничего не чувствуешь, - признался Нейтан. - В закрытой кабине по большей части видишь внизу только облака, а земля кажется расстеленной картой.
Питер удивленно и немного разочарованно приподнял брови:
- Совсем ничего? И дух не захватывает? А я на самолете всякий раз при взлете чувствую, как внутри все замирает. И облака... Они такие красивые сверху.
- Так это при взлете, - отозвался брат. - А когда под тобой уже тысячи метров, то, если не болтает, это похоже на езду по магистрали. Даже ветра не слышно. А ночью или в тумане просто идешь по приборам, вокруг все равно ничего не видать. Разве только небо... - он мечтательно улыбнулся, - небо там необыкновенное. Огромные звезды, луна сияет.
- Черт, как бы я хотел это увидеть вместе с тобой, - Питер вздохнул и выставил руку в сторону, так что встречный ветер трепал рукав его клетчатой рубашки и холодил пальцы.
- В истребители пассажиров не берут, - Нейтан пожал плечами. - Впрочем, если тут поблизости найдется аэроклуб, то почему бы и нет?.. Правда, антиквариат вроде биплана мне не доверят, но нам и что-нибудь понадежнее сойдет.
От Кипрессы до Кастелларо дорога на много миль вперед вытянулась в прямую линию, лишь изредка скрываясь в тоннелях, и Нейтан прибавил газа, выжимая из кабриолета максимум. Питер с восторженным обожанием смотрел на него. Когда тот только поступил на службу в ВВС, гордости юноши не было предела. Он собирал фотографии самолетов, на которых доводилось летать брату, а когда тот появлялся на семейных торжествах в парадной белоснежной форме, не мог отвести от него глаз и старался держаться рядом. Стройный, подтянутый Нейтан казался ему почти божеством. Сейчас это детское впечатление снова вернулось к нему, пока они уверенно неслись вперед по пустой дороге, и к Питеру был обращен четкий профиль брата.
- А мне дашь повести как-нибудь? - с надеждой поинтересовался юноша.
Нейтан, хмыкнув, начал притормаживать.
- А права у тебя есть?
- Нет пока... - расстроился Питер, понимая, что шанса порулить не достанется. - Но я собираюсь получить, когда мне будет шестнадцать. Мама обещала подарить машину на шестнадцатилетие. - Не заметив, он начал оправдываться, что еще не сдал на права, как большинство его сверстников.
- Да ладно, я же не инспектор, Пит! - Нейтан засмеялся и свернул на обочину. - Давай, меняемся. Газ и тормоз не перепутаешь?
- Класс! Спасибо Нейт, ты просто супер! - воскликнул Питер, обрадовавшись, что брат оказался не таким уж строгим приверженцем правил. – Конечно, не перепутаю!
Предвкушая предстоящее удовольствие, он выскочил из машины. Нейтан на всякий случай оглядел дорогу, но признаков полиции не нашел. До Сан-Ремо оставалось еще порядочно, и можно было позволить Питеру порулить с десяток миль. Сев на место, он пристегнулся и подбодрил брата:
- Давай, жми к нашему завтраку.
Сразу тронуться Питеру не удалось, от волнения он слишком неуверенно выжал педаль сцепления. Но вторая попытка увенчалась успехом, и через пару минут он вполне спокойно вел машину мимо зеленых предгорий, покрытых виноградниками и апельсиновыми деревьями, и небольших деревень. Вскоре он совсем осмелел и перестал цепляться за руль как за спасательный круг. Теперь он мог украдкой поглядывать на старшего, надеясь, что тот видит, как хорошо он справляется.
Нейтан, закинув руки за голову, одним глазом поглядывал на спидометр и на дорогу впереди. Вести на этом отрезке было довольно просто, поэтому он не сильно беспокоился.
- Кстати, что от тебя хотела Орнелла? - вспомнил он. - Ты, кажется, был рад от нее избавиться.
- Ну, она... - Питер запнулся, не зная, как рассказать о сути их разговора, не уронив своего достоинства, - намекала, что тебе тут должно быть скучно без девушек подходящего возраста... и предложила найти тебе возможность развеяться.
Нейтан фыркнул:
- И она туда же! Они сговорились, что ли, устраивать мою личную жизнь? Сначала тетя начала сватать меня к своим соседкам, теперь сестра за ней! Смотри, Пит, скоро они примутся за тебя, если решат, что ты будешь уступчивее.
- Думаешь, мне стоит радоваться, что Орнелла считает меня слишком робким и маленьким для подобных развлечений? - Питер вопросительно приподнял брови и улыбнулся.
- Верно усек, - Нейтан утвердительно кивнул. - Радуйся, пока у тебя есть эта возможность.
Потянувшись за картой, он скомандовал:
- Притормаживай, скоро покажется поворот.
Сделать это мягко у Питера не вышло, и тормоза жалостливо взвизгнули, а на асфальте остался черный след.
- Упс... Я не нарочно.
- Пит, кончай извиняться, - Нейтан отмахнулся, - Ты не на экзамене по вождению, в конце концов.
Поменявшись с братом местами, он газанул с места, так что Питера откинуло на спинку сиденья.
- Какую кухню предпочитаешь? - перекрывая шум мотора и ветра, крикнул Нейтан, - Местную или Макдоналдс?

Не прошло и получаса, как показался город, и Нейтан сбросил скорость, возвращаясь к правилам. Оставив шоссе, он выехал на виа Джузеппе Маццини, тянувшейся вдоль побережья, и, сворачивая в проулки наугад, отыскал небольшое кафе с видом на море, в котором пили кофе, читали утренние газеты и смотрели новости немногочисленные посетители.
Они с Питером заняли столик на улице, и Нейтан, с грехом пополам вспоминая итальянский, начал разбираться в меню. Свежевыжатый апельсиновый сок, тосты с тунцом и салями и капуччино с корицей составили компанию Питеру, Нейтан же предпочел более основательную лазанью. Уплетая завтрак, он разглядывал окрестности, не забывая отмечать взглядом привлекательных девушек.
- Смотри, вон там, видишь возле деревьев двух стройняшек? Какую из них ты бы себе выбрал?
Питер еле сдержался, чтобы не поморщиться. Ему почему-то показалось, что брат просто не может придумать, о чем еще можно поговорить, что было бы интересно им обоим. Ему вовсе не хотелось разглядывать девушек, куда интереснее было смотреть на Нейтана и расспрашивать его о тех опасностях, через которые ему довелось пройти в Африке, или слушать, как он рассказывает байки из армейской жизни, или просто говорит о чем-нибудь. Но, не желая его расстраивать, Питер послушно посмотрел в указанном направлении на двух девушек, сидевших возле перил набережной, и ответил, особо не раздумывая:
- Правую. А ты?
Нейтан, не услышав в голосе брата большого энтузиазма, пригляделся к девицам повнимательнее, отыскивая в них изъян, однако ничего непривлекательного не нашел: все-таки он не зря гордился своим вкусом. Непонимающе глянув на Питера, он решил замять эту тему. Мало ли, может, брату были по душе не итальянки, а мулатки... или норвежки. Нейтан не считал себя хорошим психологом, поэтому до причин такого равнодушия доискиваться не стал, опасаясь ненароком затронуть какую-нибудь свежую драму личной жизни, которые в пятнадцать лет случаются сплошь и рядом.
Оперевшись подбородком на кулак, он бросил в чай ломтик лимона и вздохнул с преувеличенным трагизмом:
- Эх, Пит… Я с первых дней твоей жизни поверял тебе все свои сердечные тайны, а ты вырос и все забыл.
Питер улыбнулся, дожевывая тост:
- Я был бы не против послушать про твои тайны сейчас, чтоб освежить память.
- Это что, рождение семейной традиции - каждые десять лет каяться в совершенных грехах? - Нейтан засмеялся. - Тогда учти, с каждым разом тебе придется все дольше сидеть и слушать мои излияния.
- Я готов, - быстро отозвался Питер. - Я давно хотел попросить тебя рассказать мне что-нибудь о себе. Мы ведь так давно не виделись.
- Договорились, - Нейтан наставил палец на Питера. - Каждый вечер буду рассказывать тебе по одной тайне. Но учти, что если ты передумаешь, отказаться уже не получится.


Пару любит лебедь, и мне спокойней в небе,
Когда мы будем вместе с утра, Брат мой. (с) Розенбаум
 
JanoshДата: Воскресенье, 11.01.2009, 15:19 | Сообщение # 4
Знает о неизвестном
Группа: Пользователи
Награды: нет
Сообщений: 87
Замечания: 0%
Статус: Offline

Бары при отелях работали допоздна, но ни Питера, ни Иветту – сестру одной из подруг Орнеллы – туда бы не пропустили, так что компания в составе Нейтана, Питера, Орнеллы, Клеменции, Оливии и Даниелы с Иветтой устроилась прямо на берегу. Девушки прихватили с собой домашнее вино, разлитое по бутылкам, упрятанным в бумажные пакеты. Недалеко от воды Нейтан разложил костер, пока женская часть компании расстилала коврики и раскладывала сэндвичи. Поскольку Лагуэлья являлась хоть и крохотным, но курортом – даже такая малая часть Лигурии была любима туристами – девушки довольно сносно знали английский. Братья Петрелли изъяснялись на итальянском с помощью жестов, так что языковой барьер был успешно преодолен.
Говорил в основном Нейтан, Питер предпочитал помалкивать и потихоньку прикладываться к вину. Старший же и без выпивки не лез за словом в карман, особенно в обществе хорошеньких девушек. Они расспрашивали его практически обо всем: трудно ли в армии обходиться без женского внимания, не завел ли он себе по жене в разных краях света, когда намерен остепениться и не нашел ли в Лагуэлье подходящую для этого кандидатуру. Флирт и алкоголь помогали Нейтану отвлечься от прошлого, так что он решил не упускать этот шанс и пустился в повествования о своих приключениях.
Он действительно умел завоевывать внимание слушателей, иронизируя не только над ситуациями, но и над самим собой в них. Он обладал редким умением смеяться над собой (правда, предпочитал делать это исключительно самостоятельно и других от подобных шуток умел заставить воздерживаться, но это были уже детали).
Питер, конечно же, не раз слышал некоторые из его историй, но поначалу вместе со всеми, раскрыв рот, слушал красивое хвастовство. Нейтан будто не рассказывал, а показывал кино, ловко увязывая слова друг за другом длинной вереницей, из которой сама по себе складывалась живая картинка, и слушатели сами не замечали, как превращались в зрителей до тех пор, пока история не заканчивалась и Нейтан не прикладывался к вину, чтобы промочить горло.
Младший брат давно смирился с тем, что любая попытка вставить слово, когда Нейтан солирует, вряд ли увенчается успехом, потому что завороженные рассказом девушки дружно шикали на любого, кто пытался перехватить инициативу. Так что он даже не пробовал встревать в бесконечный монолог брата, прерывающийся только на глоток вина и восторженные комментарии.
Блики костра мягко освещали лица, искры, потрескивая, мерцающими точками поднимались к темно-синему небу, совсем рядом тихо шуршал прибой. Питер сидел дальше всех, поэтому тепло от огня до него почти не доходило, а прохладный ночной воздух холодил спину. Прикладываясь к закутанной в пакет бутылке, он все больше и больше ощущал, как далеко он от Нейтана и как многое разделяло их. Губы от вина слегка немели, а голова начинала кружиться, будто он находился в каком-то своем мире и смотрел на брата, окруженного влюбленными поклонницами, через мутное стекло, за которым Нейтан не смог бы его увидеть, даже если бы захотел. Но Нейтан и не хотел. Ему было куда интереснее видеть обожание и готовность немедленно отдаться у хорошеньких подруг Орнеллы. От этого Питеру делалось все обиднее и обиднее. С каждой минутой он все острее ощущал, что сидит в темноте один, ему холодно и одиноко, но дороги в теплую компанию у него нет, потому что он там никому не нужен. И что самое ужасное - он не нужен Нейтану. Он даже всхлипнул от этой мысли, но слабый вздох никем не был замечен.
Компания в очередной раз разразилась хохотом, от которого у Питера побежали мурашки по позвоночнику и похолодели пальцы. Сквозь реальность, стремительно расплывающуюся от обиды, одиночества и алкоголя, он видел теперь только лицо Нейтана, остальные слились в неразличимые пятна. Нейтан смеялся, закидывал голову за очередным глотком вина и обнимал за талию одну из девиц, которая полулежала на его плече и что-то нашептывала в ухо.
Питеру мучительно захотелось, чтобы все, кроме брата, исчезли, испарились, чтобы он мог сесть рядом с ним, прижаться к его плечу и слушать то, что Нейтан рассказывал бы ему одному... и они бы вдвоем смотрели на воду, на костер, а может, побежали бы купаться в черном холодном прибое, чтобы потом вместе греться у тлеющих углей и допивать остатки вина... А потом они шли бы вдвоем по пустому спящему городу, слушая пение цикад, и старались не шуметь, поднимаясь по ступенькам в свою комнату... А потом, потом они снова бы занялись тем, чем вчера, и...
В ушах Питера гулко застучало, как только он коснулся воспоминаний о прошлом вечере, но долетевшие до сознания слова Нейтана, который радостно согласился куда-то отправиться завтра в этой же компании, вырвали его из волнующих фантазий и заставили почувствовать себя еще более несчастным. Нейтан завтра пойдет куда-то без него. С этими девицами. И теперь, наверное, так будет каждый день до самого конца лета, ведь он нашел себе компанию по вкусу вместо скучного мелкого брата, который даже не способен разделить его интересов и поддержать разговор о девчонках. Нейтан будет развлекаться где-то там, а Питеру только и останется, что одиноко слоняться по пляжу, смотреть телевизор и дрочить в пустой комнате, вспоминая, как Нейтан прикасался к нему.
На глаза навернулись горькие пьяные слезы, и Питер так резко вскочил с места, что чуть не упал. Мир пошатнулся, а в животе противно булькнуло выпитое вино, грозясь отправиться обратно тем же путем, что пришло.
- Эй, ты куда? - Нейтан оглянулся на брата, когда тот окатил его волной песка. - Давай, двигайся ближе, - он хлопнул рукой возле себя.
- Нет, я пойду пройдусь... Не буду вам мешать, - с трудом шевеля губами, ответил тот и побрел вдоль берега.
- Нат, оставь мальчика в покое, - Оливия положила голову Нейтану на плечо. - Он много выпил, хочет пойти подышать свежим воздухом.
Тот с сомнением смотрел вслед брату, который, пошатываясь, медленно плелся прочь.
- А если он полезет купаться в таком состоянии? - он действительно встревожился от этой мысли. Питер не знал города, не знал языка и вряд ли смог бы ночью добрести до дома, тем более что сейчас он от него удалялся.
Нейтан встал на ноги и ощутил, как незаметно приконченная бутылка вина зашумела в голове.
- Натан!.. - раздался дружный недовольный хор. Новые знакомые были явно рады тому, что младший брат, по возрасту не годившийся в ухажеры, решил их оставить.
Шумные голоса за спиной показались Питеру насмешливым глумлением над ним лично, он сжал зубы, изо всех сил стараясь не упасть, и зашагал быстрее.
Вот бы упасть в море и утонуть, - думал он, - пусть Нейтан потом найдет его бледное тело, выброшенное на берег приливом… Вот тогда-то он поймет, что он потерял! Другого брата у него не будет. Пусть потом объясняет родителям, что не смог спасти Питера, потому что запал на местных девок...
Воображение на крыльях винных паров понеслось дальше, рисуя трагическую картину похорон, разом постаревшего и даже поседевшего Нейтана, поливающего слезами фотографию, и Питер сам чуть было не расплакался от жалости к себе.
- Эй, Пит! Погоди! - ноги заплетались в мокром песке, но Нейтан все-таки нагнал брата, схватил за плечо и повернул к себе. - Ты куда?
- Подальше отсюда, - зло бросил тот, вырвался и пошел дальше, запинаясь по дороге.
- Да подожди ты! - возмущенно воскликнул Нейтан, совершенно не понимая, какая муха укусила его брата. Он снова догнал его: - Что случилось, Пит? Мы же так хорошо сидели.
- Хорошо сидели? - тот скривился. Мышцы лица не слушались, и ухмылка получилась идиотская. - Ну вот иди и сиди дальше. Мне осточертели одни и те же россказни о том, какой ты крутой. Твоим подружкам они больше по душе.
Нейтан растерянно потянулся почесать в затылке. Ему как-то не приходило в голову, что в обществе нескольких красивых девушек поздним вечером на берегу моря и с бутылкой вина Питеру может быть скучно. Он даже не сразу нашел, что на это ответить.
- Я думал, тебе тоже весело, - признался он наконец, поскольку это было единственное, что пришло в голову.
- Ты вообще обо мне не думал, не ври! - выкрикнул Питер, и почувствовал, как к горлу подступила тошнота. Он зажмурился и попробовал дышать ртом. - Я хочу домой, пусти.
В общем-то Питер был прав, Нейтан действительно забыл про него на некоторое время, но признавать это не собирался.
- Дом в другой стороне, - бросил он, - или ты собрался плыть в Нью-Йорк?
- Иди ты в... - Чтобы уточнить, куда Нейтану следовало идти, нужно было перестать дышать ртом, а это, учитывая тошноту, привело бы к ситуации еще более унизительной, поэтому Питер не договорил начатое, и уныло побрел в указанном направлении.
Постояв, глядя ему вслед, Нейтан вернулся к костру. Настроение было испорчено. Не прислушиваясь к щебетанию девушек, он поглядывал в сторону дороги до тех пор, пока Питер не скрылся в густой тени кипарисов. Клеменция, с сожалением сообщив, что не может продолжить вечер, поскольку завтра должна появиться на работе, тоже засобиралась и пообещала Нейтану, что приглядит, чтобы Питер добрался до дома. Оливия, положившая глаз на американца, снова придвинулась к нему и попросила закончить рассказ, прерванный выходкой младшего.

Ночью город был тих и пустынен, как и полагается маленькому провинциальному городу. Нейтан босиком брел по кромке волн, держа в руке обувь. Он не мог устоять перед призывными взглядами Оливии, и когда маленькая компания собралась расходиться, вызвался провожать ее до дома. Провожание закончилось на ближайшей скамейке под пальмами. Нейтан был счастлив снова чувствовать в руках горячее, молодое тело и целоваться, как в первый и последний раз. Впрочем, скорее всего, это и был для них первый и последний раз, поскольку на прощание Оливия потребовала никогда ей не звонить.
"Черт их знает, этих итальянок", - думал Нейтан, тихо поднимаясь по лестнице в комнату под крышей. Свежие воспоминания были донельзя приятными, а это ночное приключение - очень кстати.
Зайдя в комнату, он прислушался. Ровное сонное дыхание доносилось со стороны кровати Питера.
"Ну и слава Богу. Завтра проснется и забудет про все".
Нейтан так и не смог понять, что же было причиной внезапной обиды брата, и решил надеяться, что этот эпизод останется в прошлом.

Питер проснулся оттого, что ему немилосердно хотелось пить. Губы покрылись сухой коркой, а во рту застрял мерзкий тошнотворно-кислый привкус. Попытка открыть глаза отозвалась острой болью в голове, и юноша сипло застонал. Вчера он здорово надрался, и теперь познавал всю прелесть первого серьезного похмелья.
Он смутно помнил, как добрался до дома. Кажется, по дороге его догнала Клеменция (как бы он хотел, чтобы это был Нейтан!) и, подхватив за пояс, практически довела до комнаты, заодно угостив мятной жвачкой - то ли чтобы от него не несло спиртным на весь дом, то ли из сочувствия. Упав на кровать, он долго не мог заснуть. Ему казалось, будто он мчится на свихнувшейся карусели, а мимо пролетают лица отца, матери, Нейтана, сестер, и он, как ни старался, не мог прогнать это наваждение. Провалявшись в полубреду около часа, он умудрился встать, дойти до ванной, умыться холодной водой и раздеться, а заодно понять, что время уже очень позднее, а Нейтан все еще не вернулся. Питер был уже достаточно взрослым, чтобы понимать, что это означало. Ему и без того было паршиво, а зверская ревность только усиливала ощущение полнейшей никчемности и ненужности. Упав лицом в подушку, он забылся тяжелым, пьяным сном.
Восстановив в памяти все эти события, Питер с трудом повернулся на бок, и, болезненно щурясь, посмотрел на соседнюю кровать. Нейтан безмятежно спал, раскинувшись под простыней. Резко отвернувшись обратно к стене, Питер тихо ойкнул, потому что в голове немедленно заколотили сотни молоточков. К утру обида не прошла, а только усугубилась отвратительным самочувствием и головной болью. Питер предпочел сделать вид, что спит, поскольку не знал, что бы такого в отместку сказать Нейтану, чтобы при этом не выглядеть обиженным малолеткой.
Это была первая ночь за все время, когда Нейтана не посещали кошмары. Так что, когда он открыл глаза, жизнь показалась ему просто чудесной. А воспоминания о страстных объятиях Оливии подняли его настроение на недосягаемую высоту. Сладко потянувшись, он глянул на Питера - тот, судя по всему, еще спал. Нейтан, не раздумывая, вскочил с постели и уселся возле брата, бесцеремонно сдвинув его к стене, чтобы освободить себе место.
- Просыпайся, малыш, - он легонько потряс его за плечо. - День в разгаре!
Жизнерадостный голос, немилосердно громкий для ушей того, у кого раскалывается голова, вынудил Питера сердито дернуть плечом и зарыться лицом в подушку, промычав в ответ «Отвали». Но Нейтан был настроен решительно и отказов не принимал. Сдернув с Питера простыню, он заставил его повернуться к себе.
- Что, утро недоброе? - ласково спросил он, взглянув на похмельную физиономию.
- Я, в отличие от тебя, провел ночь не так весело, - хрипло сообщил Питер. Довольная усмешка Нейтана вызывала у него желание треснуть брата по башке чем-нибудь тяжелым и обидеться на всю жизнь, но ласковая интонация вкупе с пристальным взглядом заставили сердце предательски дрогнуть.
- Не удрал бы так быстро - тебе бы тоже досталось, - улыбнулся Нейтан и легонько шлепнул брата по ноге: - Поднимайся, окунем твою больную голову в воду.
- Хочешь сказать, ты бы со мной поделился? Или твои подружки облагодетельствовали бы меня из большой любви к тебе? - В силу общей мрачности настроения саркастическая улыбка получилась весьма натуральной.
- Питер, - с осуждением в голове произнес тот, - если бы ты почаще смотрел в зеркало, ты бы понял, что "благотворительность" - это самый неподходящий для тебя термин. Спишем на похмелье то, что ты не запомнил, как Иви глазела на тебя весь вечер.
Доля правды в словах Нейтана присутствовала, младшая Иветта была почти ровесницей Питеру и куда больше интересовалась младшим братом, чем старшим, но то ли из скромности, то ли по другим причинам ограничивала знаки внимания исключительно взглядами и томными вздохами.
- Ты серьезно? – голос Питера был полон недоверия, однако тон стал на йоту дружелюбнее, а сердитая линия бровей смягчилась.
- Клянусь! - торжественно ответил Нейтан, выпрямившись, и снова улыбнулся. - Через пару лет, боюсь, мне придется потесниться.
- До этого еще дожить надо, - пробурчал младший, почти оттаяв, но воспоминание об Оливии, ластящейся к брату, вновь заставило его помрачнеть. – Ну, и как она?.. - неожиданно для самого себя спросил он, сам не зная, зачем спрашивает и какой ответ хочет услышать.
Нейтан расплылся в довольной улыбке, которая лучше всяких слов давала понять, что он думает о прошедшей ночи.
- Она хороша, - негромко и многозначительно произнес он.
Питеру показалось, будто его облили холодной водой: сначала он словно заледенел, а потом его бросило в жар.
- Значит, сегодня снова с ней встречаешься?
Нейтан пожал плечами и вторично шлепнул Питера по голому бедру:
- Подвинься. Знаешь, я пока не готов к серьезным отношениям, - сказал он, усевшись на постели поудобнее. - Может быть, у меня с ней что-то и выйдет еще раз, может быть, нет.
Нехотя отодвинувшись, Питер промолчал, уткнувшись лицом в согнутый локоть, и свободной рукой натянул на себя обратно часть простыни.
- А ты как, не хочешь попытать счастья во второй раз? - спросил Нейтан, захватив в кулак край белоснежного прикрытия и медленно стягивая его с Питера.
- Отстань... - буркнул тот и вздрогнул, когда ткань, мягко натянувшись, надавила на кожу рядом с пахом. Не отвечая, Нейтан продолжал подбирать ее к себе, и она медленно сползала вниз, открывая торс и живот Питера. - Ну что ты ко мне пристал? – нервно хихикнул младший.
- Хочу поделиться хорошим настроением! - Нейтан рывком сдернул простыню и отбросил ее на свою кровать, чтобы брат не мог до нее добраться - по крайней мере, для этого ему пришлось бы сначала перелезть через Нейтана. От резкого движения у Питера перехватило дух. В этом жесте было что-то пугающее и привлекательное одновременно. Ему не нравилось, что брат так бесцеремонно вторгается в его личное пространство. Это заставляло чувствовать себя беспомощным и слабым, но в то же время все эти ощущения странным образом действовали на него. Его член требовательно подскочил, уперевшись в ткань трусов, и скрыть этот факт было уже невозможно.
- Так вот кто у нас был самым обиженным!.. - заметив эту требовательную выпуклость, протянул Нейтан и провел пальцами вниз по животу Питера. - Прости, дружок, это было так несправедливо с моей стороны - забыть про твои интересы!
Подцепив пальцами свободную резинку боксеров, он оттянул ее вниз, обнажая густую темную поросль и подрагивающий от напряжения член.
- Нейт... - юноша прерывисто вздохнул, разрываясь между смущением, злостью на снисходительно-насмешливый тон брата и острым желанием получить ласку.
Приспустив боксеры еще ниже, чтобы не путались под руками, Нейтан наклонился ближе к члену Питера и ласково погладил его по стволу большим пальцем.
- Каким здоровенным ты вымахал, дружок, - прошептал он. - А я тебя в прошлый раз даже не разглядел. Когда мы в последний раз виделись, ты еще не был таким красавчиком.
Продолжая его поглаживать, Нейтан с большой заинтересованностью разглядывал "собеседника", который отвечал только покачиванием головки и учащенной пульсацией крови под нежной кожей.
Если бы прикосновения Нейтана не были ему так остро необходимы, Питер бы без раздумий послал его подальше с подобными разговорами. Но сначала он совершенно неприлично заржал, а потом смех сменился протяжным стоном, стоило Нейтану сжать пальцы. Тот, впрочем, не собирался мучить Питера долгими ласками. Он просто хотел (как он объяснял это самому себе) восполнить то, что Питер, отчасти по его вине, недополучил вчера. Поэтому, оставив шутки, он начал активнее действовать правой рукой, то сжимая член в кольцо возле самого корня или уздечки, то проводя по нему открытой ладонью до головки. Питер, кусая губы, хватался пальцами за край кровати. Много времени им не потребовалось. Он кончил быстро и ярко, зажав себе рот, чтобы сдержать крик, который, будь он услышан, мог бы быть воспринят совершенно однозначно. Питера не покидало чувство, что они делают что-то очень неприличное и запретное, что следует скрывать не только от других, но и от самих себя. Ему было стыдно открывать глаза и смотреть на Нейтана со всем обожанием и благодарностью, которые он сейчас хотел бы выразить. Этот стыд усиливал и удовольствие, и чувство сладкой опустошенности.
Нейтан тихо вздохнул, ощущая отчего-то одновременно и гордость, и восхищение. Откуда они взялись, ему было непонятно. Он убрал руку не сразу, некоторое время еще поглаживая Питера, пока тот не открыл глаза. Дотянувшись до полотенца, вытер свои пальцы и живот брата с абсолютно невозмутимым видом, будто все, что он только что сделал, было в порядке вещей. Затем полотенце отправилось в корзину с грязной одеждой.
- Ну что, ты готов к новым подвигам? - спросил он, поворачиваясь к брату.
Питер позволил себе посмотреть на брата только тогда, когда тот встал. Ему хотелось поймать его за руку, не дать уйти, прижаться к нему и крепко обнять, а потом потребовать, чтобы Нейтан обещал никогда его не бросать, там более ради какой-то Оливии. Но все это было бы настолько по-детски смешно и глупо, что он ограничился взглядом. Взглядом, который Нейтану, для его же спокойствия, лучше бы было не заметить, как и все, что он предпочитал не замечать, если оно не укладывалось в его представления о правильном и неправильном.


"Я нужен тебе, чтоб выводить тебя из равновесия, а ты мне, чтоб вводить меня туда. Вот такое вот Дао." (с) Я
 
maxfalkДата: Воскресенье, 11.01.2009, 15:20 | Сообщение # 5
Знает о неизвестном
Группа: Пользователи
Награды: нет
Сообщений: 82
Замечания: 0%
Статус: Offline

Воспользовавшись картой и толстым телефонным справочником, Нейтан отыскал возле предгорий Альп крохотную ферму, на которой несколько соседей вскладчину содержали пару легких винтовых самолетов для общих нужд. Разговор с хозяином этого воздушного флота продолжался целый час и обогатил Нейтана десятком местных идиоматических выражений. Синьор Алессандро никак не мог взять в толк, что его собеседник не хочет купить ящик-другой апельсинов, а интересуется именно самолетами. После долгих уговоров, призывов к богам и воззваний к совести и семейным узам Нейтану таки удалось уломать упрямого синьора на аренду одной из его крошек за хорошую плату, особенно когда хозяин наконец понял, что его собеседник является действующим пилотом армии США и обладает солидным опытом вождения самолетов. Нейтан, правда, не стал вдаваться в подробности того, что винтовые легкомоторные самолеты были для него слегка непривычны. Положив трубку, он ощутил такую усталость, будто ему пришлось отжаться на кулаках раз триста.
Ни словом не обмолвившись Питеру о том, какой сюрприз его ждет, Нейтан повез его на ферму в ближайший выходной день. По дороге тот неоднократно пытался выпытать у брата, куда они направляются, но он только загадочно улыбался, качал головой и повторял насмешливое:
- Пит, в свое время все увидишь, имей терпение.
Вот уж что Питеру совсем не хотелось иметь, так это терпение, но он был вынужден повиноваться и с жадностью глядеть по сторонам, ожидая появления чего-нибудь необычного и периодически ерзая на сиденье:
- Ну, мы скоро уже приедем?
В ответ он получал только таинственную усмешку и шутливо-суровый взгляд из-под густых бровей.
Когда они подъехали к ферме, Питер все еще ни о чем не догадывался, хотя его недоумение и любопытство выросли до предела. Простенькая загородка, поле и заброшенный ангар не произвели на него никакого впечатления. Зато когда из ангара выкатили красно-белую птичку, он с неподдельным детским восторгом уставился сначала на самолет, а потом на Нейтана.
- Нейт... Черт! Неужели мы на нем полетим?
- Ну не поплывем же! - тот с улыбкой наблюдал за радостным изумлением брата.
Это была Цессна 180, выпущенная в конце семидесятых. Она была практически ровесницей Питеру. Самолет выкатили на взлетную полосу - точнее, на прямой участок заброшенного шоссе. Впрочем, легкая машинка и не требовала длинного разбега.
Пока Питер вертелся вокруг нее, с недоверием прикасаясь к яркой обшивке, Нейтан отсчитал хозяину купюры и продемонстрировал ему документы в доказательство своей службы в ВВС США в качестве пилота. Поблагодарив синьора Алессандро за то, что тот предоставил ему шанс порадовать брата и в очередной раз отказавшись от апельсинов, Нейтан поспешил к Цессне.
Крохотная кабина была рассчитана на двух человек. В салоне были сняты пассажирские кресла: самолет в основном использовался для малогабаритных перевозок. Нейтан подсадил наверх Питера и забрался в кабину сам, велел ему как следует пристегнуться и проверил ремни на прочность. После этого, убедившись, что техники покинули взлетную полосу, крикнул "От винта!" и завел мотор. Тот заурчал мягко и ровно, почти ласково. Взявшись за штурвал, Нейтан покосился на брата, глубоко вздохнул и тронулся с места.
Для Питера это было похоже на чудо: сидеть с Нейтаном в кабине пилота, видеть своими глазами, как тот уверенно и спокойно ведет самолетик по взлетной полосе и мягко, почти незаметно поднимает его в воздух. Питер понял, что они уже взлетели, только когда земля вдруг начала удаляться, а в животе появилось ощущение невесомости. Все это было самой настоящей сбывающейся мечтой детства. Сколько раз Питер представлял себе, как окажется в воздухе рядом с Нейтаном!.. Исейчас все было почти так же, как в фантазиях. Правда, там вместо Цессны присутствовал куда более грозный и мощный F-18, но теперь это не имело значения. Питер с замиранием сердца следил за тем, как брат слегка прищурил глаза, как у него едва заметно напряглись мышцы лица, а потом, когда самолет выровнялся и стал спокойно набирать высоту, сосредоточенность сменилась спокойствием, на губах мелькнула довольная улыбка. Руки, покрытые мелкими темными волосками, твердо держали штурвал, пару раз Нейтан взглянул на приборы и нажал на какие-то кнопки, назначения которых Питер не знал и знать не хотел. Он даже забыл смотреть по сторонам, таким красивым казался ему старший брат.
Сделав плавный разворот над фермой, Нейтан качнул крыльями в знак благодарности и взял курс к морю. Погода была прекрасной, а ветер - попутным. Кабина самолета казалась ему почти игрушечной по сравнению с Хорнетом, начиненным электроникой от носа до хвоста. Набрав порядочную высоту, Нейтан заметно расслабился. Вести Цессну было легко и приятно. Прислушавшись к монотонному урчанию мотора, он убедился, что с ним все в полном порядке, и посмотрел на Питера.
- Добро пожаловать на воздушную экскурсию, - улыбнулся он.
Они сидели совсем близко, постоянно соприкасаясь локтями и коленями. Когда Питер поймал взгляд брата, ему показалось что по позвоночнику пробежал разряд электричества.
- Это просто обалденно, Нейт... Тут так красиво, черт! Просто нереально!
Питер окинул взглядом раскрывающийся перед ними необъятный простор. Лоскутное одеяло земли далеко внизу, мерцающее лазурью море впереди, горящие всеми оттенками пурпура и золота кучевые облака на горизонте, куда медленно катилось вечернее солнце. Он хотел сказать еще что-то, но слова терялись, расплывались в бесконечном ощущении счастья, простора, свободы и близости Нейтана. Здесь, на огромной высоте, они были только вдвоем, и никто не смог бы вмешаться в их разговор или отвлечь внимание на себя. Вместо того, чтобы пытаться что-то сказать для выражения переполняющих его чувств, Питер просто положил руку поверх пальцев Нейтана на штурвале и слегка сжал их.
Жест брата оказался для Нейтана неожиданным. Как его трактовать, он не знал, как на него отвечать - тоже, поэтому просто ласково похлопал Питера по запястью, покачал головой, показывая, что лучше не претендовать на управление, и мягко добавил:
- Извини, Пит, но порулить не получится.
Чтобы сменить тему, он кивнул за стекло:
- Смотри, это Альпы.
Горы терялись в наползающей темноте, но вершины были освещены закатным солнцем. С правой стороны холмы подползали к самому морю, которое с высоты казалось еще необъятнее. Нейтан держал курс на Корсику - впрочем, добираться до нее он не планировал. Но ему хотелось залететь достаточно далеко в море, чтобы берег не был виден и ощутить себя в бесконечной пустоте воздушного океана.
В любом другом случае Питер, наверное, обиделся бы, не встретив ответа своему проявлению чувств, но сейчас он просто не мог злиться на Нейтана. Вздохнув и улыбнувшись, он подумал, что старший брат, хоть и взрослый, очень многого не видит и не понимает. Может, это было и к лучшему.
- А мы высоко летим? - поинтересовался он, стараясь навсегда запомнить совершенно фантастический пейзаж, расстилающийся перед глазами.
Нейтан постучал пальцем по одному из приборов:
- Смотри, это альтметр. Стрелку видишь? Мы на высоте примерно восьмисот метров. Потолок у нашей девочки намного выше, так что можем и прибавить, если хочешь. А это, - он показал на другую стрелку, чутко дрожащую под стеклом, - это наша скорость. Здесь много не выжать, к сожалению... Все-таки не истребитель.
Питер с живейшим интересом проследил за рукой брата.
- А страшно было в первый раз лететь?
- Ни капли, - Нейтан по обыкновению поджал губы. - Мы же проходили обучение сначала на симуляторах на земле, а в них все устроено так же, как и в реальных самолетах. Страшно было первый раз взлетать с авианосца... страшнее только садиться на него, - признался он.
- А почему?
Нейтан засмеялся и потрепал Питера по разлохматившимся волосам:
- Что, тебе не терпится узнать, где я мог облажаться на пятьдесят миллионов долларов, да? - весело спросил он.
- А если и так? - Питер рассмеялся в ответ и импульсивно вскинул голову, чтобы ладонь Нейтана скользнула по его щеке. В ту же секунду ему захотелось зажмуриться от удовольствия, но он продолжил: - Существование того, чего ты боишься в этой жизни, может существенно повысить мою самооценку.
Выходка брата едва не заставила Нейтана отдернуть руку, слишком уж тревожно подействовало на него прикосновение к щеке Питера. Сердце забилось чаще, но он опять решил не обращать на это никакого внимания.
- Так и быть, - сказал он, отворачиваясь и облизнув губы. - Раз уж мы договорились насчет моих тайн, приготовься внимать.
Поерзав немного в непривычно маленьком кресле, Нейтан начал говорить, автоматически следя глазами за приборами и выправляя самолетик легкими нажатиями на штурвал.
- Собственно, что из себя представляет крейсер-авианосец из Яхт-клуба Дяди Сэма? Это такая здоровенная плавучая дура с огромными буферами впереди и позади себя. То есть, с носовой стартовой палубой и посадочной на корме. Причем посадочная идет не по центру корабля, а под углом к нему, чтобы воздушная струя не мешала при посадке. Но про это я тебе потом расскажу, чтобы не пугать сразу. Взлететь с такой дуры - задача не простая, разбегаться-то негде. Этой крошке, - он погладил штурвал, - нужно всего метров триста, тяжелому истребителю этого не хватит даже на разбег, потом палуба кончится. А взлетать с воды, к сожалению, никто еще не научился. Поэтому самолеты с палубы запускают в воздух катапультой. Примерно как из рогатки, - Нейтан улыбнулся, - полковник Дуглас убил бы меня за такое объяснение, если бы слышал. Хорошо, что его сейчас нет с нами.
Питер представлял себе все, о чем рассказывал Нейтан - это было не сложно, ведь он довольно много читал про военные самолеты. Он испытывал смесь восхищения и страха при мысли, что брату доводилось поднимать огромные истребители в воздух за считанные секунды, не говоря уж о том, как, должно быть, опасно и сложно посадить огромную железную птицу на крошечную палубу авианосца.
- Да уж... Действительно хорошо, что его тут нет. Я бы показался ему совсем глупым со своими вопросами.
- А за мои ответы он бы меня уволил, - Нейтан рассмеялся. - Так вот, подняться с палубы в воздух страшно, но не так уж и сложно. Фьють - и ты уже либо в небесах, либо на небесах, и уже ни о чем не волнуешься. А вот вернуться...
Нейтан покачал головой, подчеркивая серьезность задачи.
- Представь себе: ты летишь над морем. Океан, кроме воды, ни черта не видать. Только приборы светятся, как гребаный Лас-Вегас. Где-то впереди тебя, или позади, или хер знает где еще, плывет твоя Большая Серая Лодка. Плывет и молчит, потому что если она будет подавать тебе радиосигналы, с большой долей вероятности она вскорости примет на борт не тебя, медленно и нежно заходящего на посадку, а противокорабельную крылатую ракету. Это, как ты сам понимаешь, является нежелательным исходом событий. В общем, в итоге ты все-таки находишь гнездо, радуешься и начинаешь молиться. Потому что когда ты заходишь на посадку, нос истребителя задирается вверх и самого корабля ты не видишь. Дальше возможны три варианта. Два из них – когда ты промахиваешься с высотой, и третий, когда не промахиваешься. Первый вариант: ты сбрасываешь скорость, выпускаешь шасси, но проходишь над палубой слишком высоко - в этом случае сразу врубаешь форсаж, уходишь на разворот и пытаешься пристроиться еще раз, конечно, если у тебя хватает горючего. Второй вариант: ты сбрасываешь скорость, выпускаешь шасси, но подходишь к палубе ниже ее уровня... ну, в этом случае можно дальше не волноваться: тебя даже не смогут похоронить, а русские пришлют посмертную благодарность за вывод из строя новейшего авианосца. Последний вариант заключается в том, что ты, удачно не влетев в воздушную струю от корабля, который идет полным ходом, сбрасываешь скорость, выпускаешь шасси и на пологой траектории цепляшь поджопным крюком специальные тормозные тросы, которые не позволяют тебе отправиться в плавание с другой стороны палубы...
Нейтан покосился на брата и весело улыбнулся:
- Как видишь, я у тебя счастливчик и мой ущерб ВМС США заключался всего в паре травм, нанесенных сослуживцам.
- Знаешь... Я вот подумал: хорошо, что мама почти ничего не знает о самолетах, тем более об авианосцах... - сказал Питер со значением и вдруг почувствовал, как в горле образовался комок. Столько раз Нейтан мог погибнуть?.. Он всегда считал брата бессмертным и не понимал, почему мама так часто ходила бледная и встревоженная, ожидая очередных новостей о старшем сыне. А сейчас он вдруг очень отчетливо понял, что на самом деле мог уже никогда не увидеть Нейтана, случись всего одна какая-то маленькая, незначительная оплошность, которая могла бы стоить ему жизни.
Питер с мольбой посмотрел на старшего. Умирающее солнце освещало его лицо оранжевым светом, и каре-зеленые глаза Нейтана казались почти рыжими. Он умудрялся почти не щуриться, глядя на яркие краски заката прямо по курсу.
- Нейтан...
Питер хотел сказать, что-то вроде "Обещай, что ты никогда не умрешь", но осекся.
- Если бы я думал, что это слишком опасно для меня, - тот ласково улыбнулся, почти догадавшись о невысказанной просьбе, - я бы уже не сидел здесь. Но я же знаю, что я вернусь. Я не могу не вернуться, Пит, - негромко повторил он, глядя на младшего брата, и отвел глаза, проверяя показания приборов. - Смотри, мы уже над морем... Эх, жалко, у нас не гидроплан, - пробормотал он, отжимая штурвал от себя и заставляя Цессну устремиться к волнам.
Мотор завыл громче, а от довольно ощутимого спуска, Питеру заложило уши и все тело охватило уже знакомое чувство невесомости, только теперь оно было сильнее и неожиданно оказалось мучительно приятным. Он даже задышал быстрее и вжался затылком в спинку кресла.
Спустившись почти к самым волнам, Нейтан кивнул на солнце, которое наполовину опустилось в воду:
- Смотри, Пит! Давай прикажем ему подняться?
Развернувшись прямо на светило, Нейтан пронесся над водой еще несколько сотен метров и потянул штурвал на себя. Самолетик ощутимо загудел от напора, круто уходя вверх, мотор грозно зарычал. Возможно, железная птичка тоже радовалась сейчас, что на ней просто летают, а не перевозят ящики апельсинов из одной деревни в другую...
Закатывающееся солнце начало едва заметно выползать из-за горизонта. Нейтан прибавил газу, внимательно следя на приборами, и вскоре они поднялись настолько высоко, что солнечный диск целиком показался из моря.
- Ух ты! - Только и смог пролепетать Питер, которого вдавило в кресло от неожиданной перегрузки. Да, неудивительно, что Нейтан может и такое. Удержать солнце еще немного над водой специально для младшего брата - как это похоже на него.
Довольный произведенным впечатлением, Нейтан покачал крыльями.
- Отпустим его на свободу? - улыбаясь, спросил он.
- Давай...
Плавно развернувшись хвостом к закату, Нейтан начал медленно снижаться, взяв курс обратно. Некоторое время он молчал, сосредоточившись на компасе, карте и определении своего местонахождения. Тем временем полностью стемнело. Последние лучи отраженного света давно исчезли с поверхности моря, а луна еще не показалась из-за Альп, которые едва виднелись на горизонте.
- По пути обратно мы пройдем как раз над Лагуэльей, - сообщил Нейтан, отвлекаясь от карты. - С воздуха это должно тебе понравиться. Будем над ней минут через двадцать.
На горизонте действительно показались цепочки огоньков, растянутых по всему побережью. Питер прислонился виском к стеклу кабины, и, как зачарованный, наблюдал за приближающимися островками света, похожими на стайки светлячков или елочные гирлянды.
Нейтан, нахмурившись, неожиданно вцепился в штурвал. Самолет дернулся вниз от рывка. Яркие огни приближающегося города были так похожи на зарево от пожаров, которых Нейтан навидался в Руанде. Тогда он точно так же, с моря, бесшумно подходил к городу, неся под крыльями смерть, которая ждала одного-единственного нажатия на кнопку, удобно расположенную под рукой... Нейтан никогда не видел ни тех, кого ему довелось убивать, ни того, что оставалось от них после атаки истребителей. Впрочем, он видел других мертвецов.
Ему доводилось видеть деревни, тропическим ливнем превращенные в реки. По этим рекам плыли люди… Точнее, то, что когда-то было людьми. Он видел города, целиком заполненные трупами: на порогах домов, на ступенях школ, на крышах. Некоторые из них будто еще бежали от автоматных очередей, некоторые пытались спрятаться, защититься тем, что попадало под руку. Иногда все это горело. Иногда в том, что горело, погибали те, кто еще выжил.
Мотор завыл, когда самолет вошел в крутое пике. Испуганный возглас Питера, схватившего его за руку, вывел Нейтана из забытья. Он чертыхнулся сквозь зубы, глянув на альтметр, плавно начал вытягивать штурвал на себя, выравнивая курс.
- Что с тобой, Нейт? - встревожено спросил Питер, не отнимая руки от запястья брата.
- Так... задумался... - процедил тот, сердито глядя на приборы, будто они в чем-то были виноваты. Положение не было критическим, опасность миновала, и только сейчас Нейтан ощутил, как внезапно похолодели ладони от осознания того ужаса, который мог бы произойти, если бы они гробанулись в море. Он сглотнул, прогоняя неожиданно навалившуюся слабость, которая проступила на лбу холодным потом, и покосился на Питера, криво усмехаясь: - Извини, Пит... так пугать тебя я сегодня не планировал.
- У тебя было такое лицо, словно ты привидение увидел.
На самом деле Питер не успел толком испугаться, но он волновался за брата. Что такого могло случиться, что вдруг выбило из колеи его спокойного и сильного брата, только что смеявшегося над смертью?
- В некотором роде, увидел, - угрюмо пробурчал Нейтан и замолчал, сосредоточившись на приближающихся огнях города. Чувствуя, что лучше дальше эту тему не трогать, Питер умолк и до самой посадки больше не произнес ни слова.


Пару любит лебедь, и мне спокойней в небе,
Когда мы будем вместе с утра, Брат мой. (с) Розенбаум
 
BlazerXДата: Воскресенье, 11.01.2009, 16:04 | Сообщение # 6
Не контролирует способность
Группа: Свои
Награды: 21
Сообщений: 343
Замечания: 20%
Статус: Offline
"слэш" это что за жанр?

Сообщение отредактировал BlazerX - Воскресенье, 11.01.2009, 16:31
 
4-8-15-16-23-42Дата: Воскресенье, 11.01.2009, 16:19 | Сообщение # 7
▪ skynet system ▪
Жертва Сайлора
Награды: нет
Сообщений: 3823
Замечания: 80%
Статус: Offline
Quote (Janosh)
Требование было явно лишним, потому что тот и так забыл, как дышать, стоило ему сообразить, что же им показывали: двое крепких мускулистых мужчин увлеченно обрабатывали пышнотелую смуглую брюнетку.

Quote (maxfalk)
лето 1994

Quote (Janosh)
на которой покоился этот прадед домашних кинотеатров:

Возможность показа в 1994 году, без кабельного телевидения, на старом телевизоре - это фантастика.
Quote (Janosh)
Так и было: через минуту красотка, встав на колени, принялась языком обрабатывать оба члена, прикладываясь то к одному, то к другому.

Даже сейчас по телевизору на платных каналах показывают такие сцены с затылка, а в 1994 году такое просто не возможно.
А теперь по поводу этого -
Quote (Janosh)
Жаркое солнце опускалось за город, за окном быстро темнело. Нейтан лежал на своей кровати и раздраженно щелкал

.....
Два брата начинают смотреть порно, причем до этого ими активно обсуждались девушки и не было намека на гомосексуализм. И тут откуда не возьмись влечение, которое не кого из них не оттолкнуло , будто они гомики во втором поколении.

Quote (Janosh)
Хотя даже тогда он от стыда изводил себя еще несколько дней после первого «киносеанса» и старался не встречаться взглядом с матерью, боясь, что она по глазам прочитает, чем он занимался.

Если Питеру было стыдно, от просмотренного порно, то пристающего брата он должен был отвергнуть, или его взгляды поменялись за секунду ?
Что-то фанфикеры помешались на NC-17, либо они думают, что это интересно, либо о другом писать не умеют, тема эта уже забита слешем, от чего все работы начинают казаться посредственными и не интересными.


Сообщение отредактировал 4-8-15-16-23-42 - Воскресенье, 11.01.2009, 16:24
 
JanoshДата: Воскресенье, 11.01.2009, 16:35 | Сообщение # 8
Знает о неизвестном
Группа: Пользователи
Награды: нет
Сообщений: 87
Замечания: 0%
Статус: Offline
4-8-15-16-23-42 Вы про какую страну-то говорите? В России действительно порнуха на ТВ появилась оооочень не скоро. А это Италия вообще-то.
Я вот в те годы как раз жил в Европе...очень даже отлично там показывали порно в это время. И там БЫЛИ кабельные каналы, просто телевизор старый. Вот и все.

Читать тут ликбез по психологи сексуальности, и том факте что люди вообще бисексуальны от природы, а уж инцестуальные чувства что к родителям что к братьям, сестрам, это явление обсуловленное во многом природой человека, но просто чаще всего оно подавляется супер-эго, я не буду. Случаев когда инцестуальное влечение НЕ подавляется до хрена и больше. Сексология знает уйму таких примеров. Сексуальность человека - штука гораздо более многогранная и сложная, чем примитивное деление на "гомик" - "нормальный мужик".


"Я нужен тебе, чтоб выводить тебя из равновесия, а ты мне, чтоб вводить меня туда. Вот такое вот Дао." (с) Я
 
4-8-15-16-23-42Дата: Воскресенье, 11.01.2009, 16:41 | Сообщение # 9
▪ skynet system ▪
Жертва Сайлора
Награды: нет
Сообщений: 3823
Замечания: 80%
Статус: Offline
Quote (4-8-15-16-23-42)

Если Питеру было стыдно, от просмотренного порно, то пристающего брата он должен был отвергнуть, или его взгляды поменялись за секунду ?
Что-то фанфикеры помешались на NC-17, либо они думают, что это интересно, либо о другом писать не умеют, тема эта уже забита слешем, от чего все работы начинают казаться посредственными и не интересными.

Добавлено (11.01.2009, 16:41)
---------------------------------------------

Сообщение отредактировал 4-8-15-16-23-42 - Воскресенье, 11.01.2009, 16:42
 
StuДата: Воскресенье, 11.01.2009, 17:29 | Сообщение # 10
▪ плюшечка ▪
Группа: Свои
Награды: 76
Сообщений: 1778
Замечания: 0%
Статус: Offline
Я прочла первый абзац и уже начала биться в истерике!!! О Боже, maxfalk моя любовь к вам безгранична) Это...это же настоящий, красивый слеш! Я такое уже давно не видела! Я пока прочла чуть-чуть, ибо времени нет, но как все до конца прочту ждите отзыва)

у меня свой парк горького с преферансом и поэтессами
 
JannetДата: Воскресенье, 11.01.2009, 17:40 | Сообщение # 11
▪ Truth positive ▪
Группа: Свои
Награды: 24
Сообщений: 1451
Замечания: 40%
Статус: Offline
Quote (4-8-15-16-23-42)
Что-то фанфикеры помешались на NC-17, либо они думают, что это интересно, либо о другом писать не умеют, тема эта уже забита слешем, от чего все работы начинают казаться посредственными и не интересными

Хмм... мне понравилось высказывание насчет того, что тема забита слэшем... Два или один фик в разделе - это полно? Вообще удивляюсь, почему здесь нет слэша?! СЛЭШ РУЛЕЗЗ!!! smile tongue
Janosh, молодец!!! ЗДЕСЬ должен быть слэш! И фик полный, красивый... жду проды...
Р.С а можешь написать что-нибудь с пейрингом Адам/Питер??? Ну, пожаалуйста! cool


Оставьте депрессию на дессерт, с ней я поговорю позже)))
 
maxfalkДата: Воскресенье, 11.01.2009, 22:55 | Сообщение # 12
Знает о неизвестном
Группа: Пользователи
Награды: нет
Сообщений: 82
Замечания: 0%
Статус: Offline
Quote (BlazerX)
"слэш" это что за жанр?

Заявленный к нас жанр - драма и романс. А слэш, как заявлено здесь же, на форуме, это "фик, в котором присутствуют романтические и сексуальные отношения между представителями одного пола, фик, содержащий описания или упоминания о гомосексуальном поведении или чувствах. Согласно легенде, термин произошел от обычая объединять персонажей наклонной чертой (слэшем) в графе “пэйринг”."

Quote (4-8-15-16-23-42)
Что-то фанфикеры помешались на NC-17, либо они думают, что это интересно, либо о другом писать не умеют, тема эта уже забита слешем, от чего все работы начинают казаться посредственными и не интересными.

К сожалению, ответить вам за всех фанфикеров, в том числе и за помешанных на NC-17, мы не сможем при всем желании. Мы не в курсе, о чем они думают и что умеют, а что не умеют писать.
Если же вас интересует наше мнение о нашем творчестве, то могу сказать за себя и за Яноша, что мы просто именно такими видим отношения братьев Петрелли. В них, по нашему мнению, явно присутствует сексуальная составляющая. Секс вообще присутствует в жизни каждого человека, и это нормально. Поэтому мы пишем так, как нам кажется достоверным.

Что касается Питера, порно и последующей сцены с Нейтаном, то для того, чтобы объяснить вам психологическую составляющую происходящего, потребуется довольно обстоятельная лекция. Но основную мысль вам уже кратко сформулировал Янош:

Quote (Janosh)
Сексуальность человека - штука гораздо более многогранная и сложная, чем примитивное деление на "гомик" - "нормальный мужик".

Добавлено (11.01.2009, 17:48)
---------------------------------------------

Quote (Jannet)
Р.С а можешь написать что-нибудь с пейрингом Адам/Питер??? Ну, пожаалуйста! cool

К сожалению, вряд ли это возможно. Мы с Яном считаем Петреллицест ОТП.

Quote (Stu)
Это...это же настоящий, красивый слеш! Я такое уже давно не видела! Я пока прочла чуть-чуть, ибо времени нет, но как все до конца прочту ждите отзыва)

Спасибо огромное. Мы рады, что не одиноки в своей любви к Петреллицесту. Будет очень интересно узнать ваше мнение.

Добавлено (11.01.2009, 22:55)
---------------------------------------------

Покидая официально несуществующую базу в Сомали, Нейтан и двое его напарников летели в Руанду. Командование получило информацию о местонахождении лидеров "Интерахамве" и приказало уничтожить аэропорт, в котором они расположились. F-18 строем шли вдоль побережья до Танзании, чтобы через ее территорию добраться до Руанды. Нейтан был спокоен, слушая переговоры напарников о том, как они намереваются поджарить задницы зарвавшимся обезьянам. На высоте почти в десять километров за облаками было не видно земли.
- Говорит Альфа красный. Браво красный, Чарли красный, приближаемся к цели. Доложите готовность, - раздался в наушниках голос ведущего.
- Слышу вас, Альфа красный, - отозвался Нейтан, выполняя приказ и разворачиваясь вслед за лидером. - Чарли красный готов.
Неожиданно в наушниках раздался треск помех, а затем взволнованный женский голос заговорил:
- ... сотни вооруженных людей из формирования "Интерахамве" удерживают аэропорт, в котором находятся заложники, граждане США и множества европейских стран.
- Это что... радио? - недоуменно пробормотал Нейтан.
- Что за черт! - воскликнул лидер, - Ребята, вы слышите?
Диктор тем временем начала зачитывать список имен тех бедолаг, которые были захвачены в аэропорту.
- Да это же наши ребята! - забеспокоился второй ведомый. - Гребаные обезьяны!
- Браво красный, прекратить панику, - резко отозвался лидер группы. - У нас есть приказ. Аэропорт уже месяц не принимает самолеты, включи мозги, идиот.
- Питер Петрелли, - произнес женский голос, продолжая зачитывать список каких-то имен.
- Что?! - заорал Нейтан. - Повтори, сука!
- Гражданин США, Питер Петрелли, - повторила та, и ее голос начал тускнеть в помехах.
- Говорит Альфа красный. Браво красный, Чарли красный, выходим на цель.
- Это мой брат! Это Питер! Это мой брат! - завопил в ответ Нейтан, - Ты понимаешь, гребаный ублюдок, там мой брат! - он дернулся в кресле, но ремни прочно удерживали его тело в одном положении. Он был заперт в крохотной кабине истребителя на высоте в десять тысяч километров, и через несколько минут должен был выпустить ракеты по зданию аэропорта, в котором находился в заложниках его брат.
- Чарли красный, прекратить панику, - спокойно повторил лидер и добавил: - Не сходи с ума, Нейтан.
- Да пошел ты!.. - бросил он и отключил автопилот, принимая управление на себя. Истребитель серебристой ласточкой понесся к земле.
- Чарли красный, почему вы покинули строй?
Нейтан не слушал. Он не мог подчиниться, он должен был своими глазами увидеть, что в аэропорту действительно не было никого, кроме захватчиков.
"Это какой-то сон... это какой-то идиотский, кошмарный сон" - лихорадочно думал Нейтан, вцепившись в штурвал. - "Откуда Пит может там взяться?" - и тут же сам оборвал себя: "Заткнись и думай, кретин! Какой еще сон, на хуй!"
Действительно, ни один кошмар не мог бы быть таким реальным и отчетливым.
Пробив облака, Нейтан оказался над городом. В нескольких милях от него виднелось длинное здание аэропорта с диспетчерской вышкой. Сбросив скорость до минимума, Нейтан снизился так, что едва не задевал корпусом изломанные ветки полуобгоревших деревьев. Он пристально вглядывался в молчащие провалы окон, отыскивая в них хоть намек на заложников... И тут с вышки начали падать люди. Расстояние было огромным, но Нейтан сквозь прицел увидел, как крохотные фигурки там, на внешней площадке, расстреливают из игрушечных автоматов других, стоящих на коленях, и сбрасывают вниз. И как они летят, и расстегнутые рубашки хлопают на ветру безжизненными цветными крыльями.
- Питер!!! - заорал он, будто брат, если даже он там был, мог его услышать.
- Говорит Альфа красный. Вижу цель, - раздался холодный, неживой голос в наушниках. - Готовность номер один. По моему сигналу... Три. Два. Огонь.
Нейтан то ли зарычал, то ли заревел от боли и ужаса, когда увидел раскаленное облако, распустившееся там, где только что была вышка. Оно разбухало и расползалось в стороны, накрывая собой здания и ангары. Не помня себя, Нейтан развернулся над полем и поймал в прицел истребитель ведущего.
- Чарли красный...
- Сдохни, сука, сдохни, сдохни, сдохни!! - прохрипел Нейтан и ударил по кнопке, выпуская обе ракеты. - Сдохни, тварь!..

Питер крепко спал без снов, здорово утомившись от длительной поездки до фермы и обратно. Впечатления от полета были настолько сильными, что он моментально отрубился. Стоны с соседней кровати, почти переходящие в рычание, разбудили его, заставив подскочить, как ужаленного. В первое мгновение он, непонимающе моргая, смотрел, как Нейтан метался по постели, словно в лихорадке. Довольно быстро сообразив, что с братом ничего страшнее привидевшегося кошмара не произошло, Питер тряхнул головой, чтобы согнать остатки сна, и в два шага оказался рядом с Нейтаном. Обхватив за плечи, он с силой потряс его, стараясь разбудить:
- Нейтан! Нейтан, проснись! Это я, Пит. Все хорошо, слышишь? Это просто сон. Ну, проснись же!
Внезапно распахнув глаза, тот непонимающе уставился на брата, очевидно не узнавая. Даже в темноте было видно, что его лицо искажено ужасом и яростью. Схватив Питера за запястья, он пару мгновений, моргая и хмурясь, смотрел на него, а затем рывком прижал к себе, так что у того перехватило дыхание от внезапного удара ребра Нейтана.
- Пит... - глухо прошептал он, обхватывая обеими руками и прижимаясь виском к его щеке. Он прерывисто дышал, а сердце колотилось, как бешеное.
Питер никогда не был против братских объятий, но сейчас ему на долю секунды показалось, что еще чуть-чуть - и Нейтан задушит его, или, по крайней мере, здорово помнет ему ребра. Что-то напугало Нейтана во сне. Напугало так, что он до сих пор не мог прийти в себя. Он был мокрым от пота, а сбитое дыхание никак не хотело успокаиваться. Таким Питер видел брата первый раз в жизни. И это было страшно - знать, что его идеальный старший брат может быть чем-то так сильно напуган, а он и понятия не имеет, как ему помочь.
С другой стороны, сейчас было не время бояться. Сейчас он был нужен Нейтану, и это была возможность наконец-то вернуть ему хоть частичку той заботы и чувства безопасности, которую Нейтан всегда был готов отдать, если младший оказывался в трудной ситуации.
Обняв его обеими руками в ответ, Питер постарался, чтобы его голос звучал уверенно и твердо, хоть и слегка придушенно, поскольку старший явно не собирался ослаблять хватку:
- Нейтан, это был просто сон. Я здесь. Все в порядке... Все хорошо.
Одной рукой он успокаивающе гладил его по влажной от пота спине, чувствуя под ладонью каменные мускулы, сведенные судорогой от напряжения.
Нейтан молчал, уткнувшись лбом в его плечо. Было слышно только, как он сдавленно дышит. Но дыхание постепенно успокаивалось, и он наконец немного ослабил хватку и глубоко вздохнул.
- Ладно, Пит, - хрипло прошептал он. - Все, я в порядке. Извини, что разбудил.
- Да ну тебя... - ответил тот, не отпуская брата от себя и робко, неуверенно проводя пальцами по его волосам. - Ты же мой брат... Что-то ужасное приснилось? Мама говорит, чтобы кошмар отпустил, лучше о нем рассказать. Тогда он больше не будет тебя преследовать.
- Ужасное? - Нейтан усмехнулся, пытаясь вновь вернуться к прежнему образу самоуверенного засранца. - Нет, Пит, это было не ужасно. Это был тотальный, мать твою, гребаный пиздец.
Глубоко вздохнув еще раз, он выпустил брата из объятий, протер лицо руками и заметил, что пальцы ощутимо дрожат.
- Расскажешь? - в темноте Питер мог видеть только очертания его лица, но все равно попытался заглянуть в глаза. - Я все равно теперь не скоро засну...
Забыв про робость вопреки своему обыкновению, он улегся рядом с братом на кровать, подперев щеку рукой.
- Притащи сначала что-нибудь выпить, - попросил тот в ответ. - Только не воды, ладно? И возвращайся скорей.
- Я мигом! - обрадовался младший и тут же вскочил на ноги. Воодушевленный возможностью быть полезным и тем, что Нейтан не предпринял попытки отвертеться от разговора или сделать вид, будто бы Питер еще не дорос до его взрослых проблем, он тихонько выскочил за дверь. Стараясь не шуметь, спустился в холл, а оттуда на цыпочках пробрался в гостиную, где, как он знал, находился небольшой бар, к содержимому которого в основном прикладывался их дядя. К счастью, в гостиную проникала часть света от фонарей во дворе, и ему не пришлось долго возиться с поиском выключателя чтобы разобраться, какую бутылку тащить. Он не слишком хорошо разбирался в крепких напитках, поэтому схватил ту бутылку, что показалась ему наиболее симпатичной. На полпути обратно вспомнил, что надо бы озаботиться и стаканами, и завернул на кухню.
Вернувшись в комнату, он застал Нейтана стоящим возле балконной двери. В руке слегка подрагивал огонек сигареты. Прикрыв за собой дверь локтем, Питер подошел к нему:
- Кажется это граппа... Сойдет?
- Сойдет, - кивнул тот и почти не глядя захватил бутылку. Открутив крышку, прямо из горла сделал несколько больших глотков. Потряс головой, ощущая, как огненное тепло разливается по груди, затянулся в последний раз и выкинул окурок за балкон. Налив граппы в стакан, присел обратно на свою кровать и глянул на Питера:
- Садись.
Питер хотел было спросить разрешения, чтобы налить и себе, но решил, что вполне может сам дать себе разрешение. Хватит уже вести себя так, будто бы он ребенок. С самым уверенным видом, на какой был способен, он взял в руку бутылку, плеснул немного себе и сел рядом с Нейтаном. Если у них сейчас состоится какой-то серьезный и важный для них обоих разговор, он хотел бы вести себя соответственно, чтобы Нейтану не приходилось снова думать о том, не испугает ли он брата своими словами или мыслями.
- Мне приснилось, что я мог тебя потерять, - проговорил Нейтан после недолгого молчания. - В общем... это правда было ужасно, Пит. Знаешь, я никогда не задумывался о том, что это вообще может случиться. Я всегда был уверен, что ни меня, ни моей семьи это не коснется. Даже когда они убили Уолтера, даже когда я узнал, как его убили. Мне казалось, что все это может быть рядом со мной, но никогда не произойдет со мной...
Он покрутил стакан в руках и сделал новый глоток, чуть поморщившись от острого вкуса.
- Уолтера? Это твой друг, да? - Питер по примеру брата тоже глотнул обжигающей язык и горло жидкости. - Что с ним случилось?
- Лучше тебе не знать, - пробормотал тот. - Мы с ним вместе учились. Жили в одной комнате в Академии. А эти суки... - Нейтан сжал стакан так, что чуть не раздавил его. Повернув голову, внимательно посмотрел на брата. Питер, взъерошенный и все еще немного тревожный, сидел рядом и пытливо глядел ему в лицо. - Я не позволю ничему с тобой случиться, Пит, - тихо произнес Нейтан и, обняв его за плечи, притянул к себе.
Питер даже пожалел, что у него в руке был стакан с недопитой граппой, который решительно некуда было сейчас деть, когда ему так хотелось сейчас прижаться к Нейтану, обняв его обеими руками. В итоге он уткнулся лицом ему в плечо, неуклюже держа руку со стаканом где-то за спиной брата. Он так хотел, чтобы Нейтан сказал что-то вроде этого... и он сказал. Сказал так искренне, что в глазах у Питера защипало от внезапно навернувшихся слез. Нейтан, всегда смеющийся над смертью, вечно недоступный в своей насмешливой снисходительности и взрослости, идеальный в каждом жесте и слове, сейчас показался ему невыносимо ранимым и родным.
- И ты меня спасешь, даже если будешь очень-очень зол на меня? – сдавленно прошептал Питер. - Ты все равно меня не бросишь?
- Дурак ты, - с такой нежной снисходительностью ответил Нейтан, что этот тон совершенно не казался обидным. - Я же тебя люблю, Пит. Что бы ты ни сделал, я все равно не брошу тебя.
Прижавшись губами к виску брата, он ласково ерошил его растрепанные волосы.
Как странно, что такой жуткий сон мог привести к таким неожиданным последствиям. Они давным-давно забыли, как полностью доверять друг другу, а сейчас это ощущение родства внезапно вернулось. Только в прошлом чаще случалось так, что это Питеру снились дурные сны, и Нейтан, держа его на коленях, обнимал, защищая от ночных страхов. А тот хватался руками за его шею, прятал лицо у брата на груди и верил в то, что пока Нейтан будет рядом - все будет хорошо.
Проговорив полночи, они так и легли спать, не отпуская друг друга. Им было довольно тесно и поначалу они постоянно путались в ногах друг друга. Нейтан, уже окончательно пришедший в себя, в шутку бурчал на то, что Питер отрастил себе ноги от ушей на зависть всем красоткам, а тот в ответ пинал его локтем под ребра, посылая подальше с такими сравнениями.
Утреннее солнце не разбудило их, заглянув в окно, и только громкий голос тетушки Миреллы, раздавшийся на лестнице, заставил Нейтана открыть глаза. Одна секунда ушла у него на то, чтобы осознать, что Питер все еще сладко дремлет рядом, удобно устроившись у него на руке. Вторая - на то, чтобы понять, что тетя вряд ли правильно поймет данное зрелище. В третью секунду Нейтан точным пинком отправил Питера в полет - благо, падать ему было невысоко.
Тот завопил от неожиданности, приземлившись на пол, и потер ушибленный локоть.
- Ты что, сдурел? Больно!
- Дети, поднимайтесь, солнце уже высоко! - тетя Мирелла, ослепительно улыбаясь, появилась в комнате без стука и удивленно подняла брови, увидев сидящего на полу Питера.
Переглянувшись с братом, Нейтан не менее ослепительно улыбнулся в ответ:
- Что у нас на завтрак?


Пару любит лебедь, и мне спокойней в небе,
Когда мы будем вместе с утра, Брат мой. (с) Розенбаум
 
babymommaДата: Понедельник, 12.01.2009, 00:28 | Сообщение # 13
▪ Сказочница ▪
Группа: Свои
Награды: 63
Сообщений: 1732
Замечания: 0%
Статус: Offline
безумно красиво написано, очень захватывающе. детали, оттенки эмоций - невероятно просто! и очень, очень достоверно.

однако средний возраст юзера тут - 15 лет. это в англоязычном фандоме много народу 25+ и даже 30+. здесь такого практически нет. но этот так, просто для сведения.




Сообщение отредактировал babymomma - Понедельник, 12.01.2009, 00:42
 
4-8-15-16-23-42Дата: Понедельник, 12.01.2009, 00:38 | Сообщение # 14
▪ skynet system ▪
Жертва Сайлора
Награды: нет
Сообщений: 3823
Замечания: 80%
Статус: Offline
babymomma, Я не она-это раз. И к чему это написано ?

Quote (babymomma)
безумно красиво написано, очень захватывающе. детали, оттенки эмоций - невероятно просто! и очень, очень достоверно.

maxfalk, Janosh, Глядя на ваши аваторы, тексты и посты я делаю вывод, а не педики ли вы ? Без обид, но это так.

Добавлено (12.01.2009, 00:38)
---------------------------------------------

Quote (babymomma)
однако 4-8-15-16-23-42 права: средний возраст юзера тут - 15 лет.

Я это говорил ?
 
babymommaДата: Понедельник, 12.01.2009, 00:48 | Сообщение # 15
▪ Сказочница ▪
Группа: Свои
Награды: 63
Сообщений: 1732
Замечания: 0%
Статус: Offline
4-8-15-16-23-42, ух, извини, пожалуйста! исправила! у меня на твоей аватарке изображена девочка, а пол юзера в твоей инфе я не посмотрела. еще раз прости!

Quote (4-8-15-16-23-42)
И к чему это написано ?

в смысле - к чему? не нужно хвалить автора, если понравился его фик?

может, модераторам просто запретить выкладывать сюда фики рейтингом выше R? потому что официально они разрешены - я спрашивала в местном FAQ. потому что когда приходишь сюда из англоязычной части фандома, просто не ожидаешь, что российские фаны настолько моложе.


 
Форум » Творчество » Фанфикшн » "Фотоальбом". Петреллицест, NC-17, романс/драма (Под жарким солнцем Италии жизнь меняется... к лучшему?)
  • Страница 1 из 26
  • 1
  • 2
  • 3
  • 25
  • 26
  • »
Поиск:
Все используемые аудиовизуальные материалы, ссылки на которые размещены на сайте, являются собственностью их изготовителя (владельца прав) и охраняются Законом РФ "Об авторском праве и смежных правах", а также международными правовыми конвенциями.

Вы можете использовать эти материалы только в том в случае, если использование производится с ознакомительными целями. Эти материалы предназначены только для ознакомления - для прочих целей Вы должны купить лицензионную запись.

Используемый формат кодирования аудиовизуальных материалов не может заменить качество оригинальных лицензионных записей. Все записи представлены в заведомо заниженном качестве. Eсли Вы оставляете у себя в каком-либо виде эти аудиовизуальные материалы, но не приобретаете соответствующую лицензионную запись - Вы нарушаете законы об Интеллектуальной собственности и Авторском праве, что может повлечь за собой преследование по соответствующим статьям существующего законодательства.



Сайт управляется системой uCoz